Пятница, 21.07.2017
Памяти Владимира Гундарева
Меню сайта
Категории раздела
Проза [82]
Поэзия [107]
Документальная проза [29]
К 65-летию Великой Победы [9]
Культура. Общество. Личность [36]
Публицистика [0]
Далёкое — близкое [9]
Времён связующая нить [4]
Критика и литературоведение [22]
Искусство [24]
В семейном кругу [21]
Детская комната «Нивы» [2]
Публицистика [15]
Cатира и юмор [10]
Наследие [9]
Актуальный диалог [1]
На житейских перекрестках [12]
Приключения. Детектив. Фантастика [25]
Наш общий дом [15]
Из почты "Нивы" [9]
Философские беседы [2]
Летопись Евразии [8]
Параллели и меридианы [8]
Природа и мы [6]
Краеведение [5]
Слово прощания [1]
Горизонты духовности [6]
История без купюр [5]
Творчество посетителей сайта [55]
Здесь вы, посетители сайта, можете опубликовать свои произведения.
Стихи Владимира Гундарева [5]
Проза Владимира Гундарева [4]
Форма входа
Наш опрос
Что вы думаете о русской литературе в Казахстане?
Всего ответов: 244
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • Литературный дом Алма-Ата

  • Облако тегов
    Поиск
    Translate the page
    Главная » Статьи » Культура. Общество. Личность

    Р. Артемьева. Рыцарь её Величества Литературы
    № 4 2010

    Римма АРТЕМЬЕВА
    Рыцарь её Величества
    Литературы

    Имя Виктора Владимировича Бадикова для многих — знакомых и
    незнакомых с ним лично ассоциируется прежде всего с именем известно_
    го учёного, ведущего литературного критика Казахстана, профессора
    кафедры русской и мировой литературы КазПи им. Абая, члена Союза
    писателей Казахстана и Казахстанского Пен_клуба. И это так и есть.
    Его заслуги были отмечены медалью советских времён "Ветеран труда”,
    а в 2001 г. нагрудным знаком "За заслуги в развитии науки РК” и меда_
    лью Международного клуба Абая за лучшую работу в номинации "Крити_
    ка и литературоведение” в 2007 г. Для большого круга людей он был ещё
    и необыкновенно внимательным и добрым Человеком, удивительным
    Другом, истинным Интеллигентом. Но была у него особая миссия — слу_
    жение её Величеству Литературе!
    Во всех своих ипостасях он делал всё, чтобы исполнять возложенную
    на него свыше миссию. Для него всегда было очень важным любое твор-
    ческое начинание — и известного мэтра, и робкие искры разгорающегося
    огня одарённости. Особо значимым было сохранить и преумножить про-
    странство созидающих личностей. В одном из своих интервью мне он ска-
    зал: "Я считаю, что пока существует читатель, как духовная единица, он
    будет обращаться к литературе. Сегодня, как это всегда бывало, талантов
    мало, им требуется много времени и сил, чтобы заявить о себе. И здесь,
    мне кажется, меценатство должно им в этом помочь”.
    Благодаря стараниям В. В. Бадикова уникальная разноязычная ка-
    захстанская литература воспринимается единым целым, сохраняющим при
    этом колорит, индивидуальность и краски каждого национального языка,
    как обогащённая сотворчеством литература билингвических возможностей.
    Анализируя в своей книге "Линия судьбы” поэзию Б. Канапьянова,
    Виктор Бадиков говорит о его чуткости к самым разным проявлениям че-
    ловеческого бытия в их отдельности и слитности: "Это прежде всего та "рас-
    кованность”, которая рождает чувство мира (пространственное и духов-
    ное единение людей)”. Виктор Владимирович в полной мере обладал этим
    чувством мира. Только, говоря о Бадикове, нужно добавить ещё и едине-
    ние времён, которые он мастерски соединял, представляя всю полноту и
    преемственность литературного бытия.

    И он умел видеть мир впервые

    С особой теплотой вспоминаю сегодня выступление Виктора Влади-
    мировича на конференции, посвящённой двойному юбилею — КазПИ и
    А. Л. Жовтиса.
    Где, раскрывая тайны феномена своего учителя, Виктор Владимиро-
    вич отмечал: "Его уход в стиховедение был органичным и в силу роста
    переводческого мастерства. Теперь уже художник и учёный ("два тела”)
    сливаются в одной "неугомонной душе”. Сколько же тел соединилось в душе
    Виктора Бадикова? Учёный и критик, публицист и художник. Достойный
    ученик — достойного учителя! И ещё, в своём докладе Виктор Владимиро-
    вич отметил, что Александр Лазаревич считал: "Если ты человек, то у тебя
    должны быть чистая совесть и приличные знания”. Мне в жизни выпало
    огромное счастье быть близко знакомой с ними обоими! Они оба были из
    той категории людей, которым имя — Человек!
    Восхищаясь А. Л. Жовтисом, В.Бадиков восклицает: "Как его на всё
    хватало?”. Сегодня мы с восхищением поражаемся многообразию твор-
    ческой и личностной реализаций Виктора Бадикова. Неторопливый, сте-
    пенный внешне Виктор Владимирович всегда находил какие-то новые
    стороны жизни и держал их в поле своего внимания.
    Его родители стремились, чтобы сын получил разностороннее обра-
    зование. Он научился играть на фортепиано и брал уроки живописи, пи-
    сал стихи и прыгал с парашютом. Он не только хорошо разбирался в клас-
    сической музыке, особенно любил и исполнял произведения Ф. Шопена,
    Л. Бетховена, П. Чайковского, М. Глинки, А. Скрябина, С. Прокофьева, ро-
    мансы и популярные эстрадные песни, но и сам сочинял мелодии. О сво-
    их литературных предпочтениях Виктор Бадиков рассказывал так: "Мама
    научила меня читать ещё до школы, а папа в первые школьные годы пода-
    рил мне Пушкина. Этот роскошный однотомник избранных произведе-
    ний с иллюстрациями и комментариями, внушительный по своим разме-
    рам, запомнился на всю жизнь, с ним никогда я не расставался.
    В советские атеистические времена он был чем-то вроде Библии, не
    только началом русской истории, культуры и литературы, но и нравствен-
    ным заветом. Долгое время казалось, что я когда-то видел и слышал живо-
    го Александра Сергеевича”.
    Как-то при встрече В. Шкловский сказал Виктору Владимировичу,
    написав письмо его научному руководителю Махмудову: "Олешу надо изу-
    чать, потому что он умел видеть мир впервые”. А он изучал, открывая в
    творчестве Юрия Карловича новые грани, ломая стереотипы признанных
    мнений. Литература всегда была дамой его сердца, как точно заметил
    кто-то из коллег. Но и в ней, почитая классические традиции, он старался
    распознать и поддержать ростки нового.
    В. Бадиков не просто разделял идею Ольги Марковой создать при
    фонде "Мусагет” литературный мастер-класс для писателей "новой вол-
    ны”, но и стал одним из коллектива лучших педагогов, которых Ольга Бо-
    рисовна сделала своими единомышленниками; учёным, непосредствен-
    но влияющим на развитие этой литературы. При этом не отрицая и не
    противопоставляя её существующему литературному процессу. Во многом
    благодаря Виктору Бадикову имена Вадима Гордеева, Ильи Одегова, Ма-
    рата Исенова, Ербола Жумагулова, Евгения Барабанщикова и многих-
    многих других стали известны широкому кругу читателей, в том числе и
    далеко за пределами Казахстана. В своей книге "Новые ветры” Виктор
    Владимирович так отзовётся о значимости "Мусагета” и издаваемом в нём
    журнале: «"Аполлинарий” постепенно стал печатным органом, если хоти-
    те, свободного искусства, не извиняющегося за свою камерность и не опа-
    сающегося за необходимость говорить свою правду о своём времени. Дело
    ещё и в том, что помимо эстетической самодостаточности и совершенства,
    в нём до сих пор пульсируют живая мысль и чувство, улавливающие, по
    словам Пастернака, новые "смещения действительности”». За это мы во
    многом обязаны и Виктору Владимировичу Бадикову.
    В начале века, когда разговоры о кризисе в литературе, да и в искусст-
    ве вообще были животрепещущей темой, мы часто беседовали с Виктором
    Владимировичем об этом. Он вообще считал, что всё новое — невозможно
    без кризиса. А в интервью для моей статьи о современном литературном
    процессе он сказал: "Кризисы случаются. Это нормальная традиция во
    всех литературах. История без кризиса не развивается. Литература, при
    всей её свободе, всё равно зависит от истории, от её движения, её кризи-
    сов. В литературе, как и в любой сфере духовного бытия, не бывает плано-
    мерного развития. Она развивается вместе с обществом, страдает вместе
    с ним. Ощущение самой литературы, её воздействие менялось, потому что
    не всегда оно бывает очевидным, воспринимаемым. Каждая эпоха даёт
    свои примеры взаимодействия литературы и общества. Вопрос о кризисе
    литературы не нов. В своё время В. Белинский (при жизни А. Пушкина)
    утверждал, что в России литературы нет… Критические изменения в жиз-
    ни общества удручающе сказываются и на литературе. Но сейчас, на мой
    взгляд, литература вновь обретает свой статус-кво…”.

    Не угасает никогда желанье быть поэтом…

    Я, конечно же, знала, что Виктор Владимирович пишет стихи. Не могу
    сказать, что он часто читал их мне, всё же это было очень потаённой, слиш-
    ком личной стороной жизни его души, но иногда, даже перед слушателями
    литературного мастер-класса он раскрывался в поэтических откровениях. Я
    знала и о том, что свои стихи Виктор Владимирович собирался опубликовать
    в сборнике избранной художественной прозы и поэзии, поэтому была очень
    рада выходу его поэтической книги "Есть беспокойство”, изданной супругой
    Валентиной Николаевной и учениками, тому, что его желание осуществи-
    лось и что в стихах он продолжает оставаться с нами. Листаю страницы и
    нахожу строки, с которыми связаны и особые воспоминания…
    Этот поэтический сборник, словно полотно жизни, соткан из стихо-
    творений разных лет от начала шестидесятых прошлого до первого деся-
    тилетия нынешнего века. Название к нему выбрано издателями неслу-
    чайно. Когда литературный текст чем-то "цеплял” (будь то проза или по-
    эзия), Виктор Владимирович, давая ему оценку, любил говорить: "В нём
    есть беспокойство”. А в стихотворении "У друга моего две разные ноги…”
    эта фраза обретает иной, высокий смысл:
    Есть беспокойство:
    Никогда
    Не узнавайте
    Себе неравных
    В этих людях.
    Поэтическую книгу нечасто иллюстрируют фотопортретами, но в этой,
    где Время неизменный спутник лирического героя, они органичны. Об-
    лик героя В. Бадикова, перекликаясь с обликом автора, выстраивается в
    своеобразный видеоряд. Вот перед нами молодой ещё человек в стихотво-
    рении, начинающем книгу из цикла "Весна и Пастернак”, стремящийся:
    Встать на лыжи и — в степь,
    и очнуться от плена взросленья,
    и всем телом запеть
    безмотивную песню движенья!
    Для которого в испытании горами: "Лишь любопытство управляло / дви_
    женьем глаз наших и ног, где мужчина и женщина — это два мира на расстоя_
    нии поданной руки”. /Но в лирических откровениях, завершающих цикл, перед
    нами уже тот, кто "как в чреве плод, в свой первый раз / готовый к крику в
    этом мире!”, утверждает, что "Найдутся слова и откроются / руки!..”.
    А на фото: четырнадцатилетний Витя Бадиков в Ессентуках среди
    цветущего великолепия лета читает свои юношеские стихи встреченному
    "на водах” известному писателю Вахтангу Ананяну. Эта встреча была судь-
    боносной, потому что после неё он выберет филологический факультет
    университета, а не лечебный медицинского института, как хотела его
    матушка. И позже, как настоящий стиляга, в модной курточке и кепи с
    завораживающей полуулыбкой уже студент филфака КазГУ смотрит на
    нас прищуренным взглядом из заснеженного палисадника возле дома…
    Следующая подборка, названная, как и книга, "Есть беспокойство…”
    раскрывает перед нами внутренний мир человека, ищущего себя в теку-
    чем пространстве Времени. В исповедальном стихотворении "Признание”
    звучат аккорды пустоты:
    Нет веры больше
    в избранность и проявленье подспудных сил —
    со слов людей, желавших мне добра.
    Я был создан ими.
    Я не сам создал себя…
    Здесь же в стихотворении "Иду” появляется новый образ — образ Го-
    рода, который словно становится соучастником жизни героя: "Иду нескон_
    чаемым городом, / городом, городом. / Вечны громады эти… трудно вблизи
    них себя сознавать человеком, / которого даже разлука ранит, / даже
    ненастный день”. И дальше уже с новой мощью:
    И всплывает сознанье
    со дна одиночества.
    (Сигарету. Открыть огонёк на ветру.)
    Мозг огромный течёт —
    громоздится, пульсирует
    в черепе города.
    Как виски раскалённы его!
    Или в другом стихотворенье: "В двери к другу стучусь, / нездешний, /
    с гулом улиц больших, / с переполненным сердцем…”. И снова Город — те-
    перь уже в стихотворении "Москва”:
    Улицы и дома, и огни,
    и московский, как в цирке, воздух
    мне отдавали
    тепло и страданья, и родственность
    человеческих судеб.
    А на фотографии — аспирант Виктор Бадиков за рабочим столом в сво-
    ём уголке московского общежития среди книг, фотоснимков, репродукций…
    Образ Города появляется и в прозе Виктора Бадикова. Особенно прон-
    зительным становится Город в дорожной повести "Я ищу тебя”, где герой
    повествования Куров погибает, возвращаясь из командировки из Города
    —города-мечты, города первой любви… Как не вернётся из своей после-
    дней командировки меньше чем через год и сам автор…
    В следующей подборке "Про нас”, в которой в диалог с любимой жен-
    щиной включены ироничные размышления о жизни, читателю открыва-
    ется зрелость, готовая поделиться мудростью. И простые слова, обращён-
    ные к любимой, становятся для нас своеобразным завещанием:
    Не торопись! Не торопитесь —
    Покайтесь, в сердце помолитесь…
    А вот со стихотворением, обращённым к "Мадам NN”, — у меня связа-
    на особая история.
    Виктор Владимирович был необыкновенным "преподом”, как в шутку
    сам себя называл. Он позволял своим ученикам на мастер-классе не только
    разговаривать с ним на равных, но и спорить, отстаивая свою точку зре-
    ния, даже если был абсолютно с ней не согласен. Умение сомневаться в
    установленных кем-то истинах вместе со своими учениками подкупало. Он
    не учил, а делился своими знаниями, мировоззрением, не навязывая, не
    отрицая, но воспитывая вкус к истинно художественному тексту. Можно
    вспомнить много эпизодов мастер-классовской счастливой поры, но, думаю,
    этот как нельзя лучше подтвердит всё сказанное выше. Нам обычно давали
    домашнее задание, которое мы сдавали преподавателям, и на следующем
    занятии получали отзывы на них. Все, конечно же, с волнением ждали
    "разбора полётов”. И вот получив задание написать стихотворения — паро-
    дию, шутку, иронию, я на следующем занятии после устных комментариев
    Виктора Владимировича взяла свой лист и увидела рядом со своими иро-
    ничными виршами написанное карандашом красивым, но мало разбор-
    чивым почерком стихотворение, подписанное "В.Бадиков”:
    Я вам прощаю вашу
    глупость,
    Неразработанность
    души,
    Признаний искреннюю
    скупость
    И ласки медные
    гроши!
    Прощаю, как вам
    не прощали —
    Без лишних и высоких слов,
    Поскольку, видно, вы
    не знали,
    Что в мире всё же
    есть любовь…
    Это был образец, а не оценка. Написанное почти двадцатью годами
    раньше, оно стало для меня взглядом педагога на жанр.
    В девяностые же годы, когда писались эти стихи, сделан и фотопорт-
    рет для газеты "Панорама”, где очень стильный мужчина, "открывая ого-
    нёк на ветру” прикуривает сигарету. Уже известный учёный, автор книг:
    "Мастерство и правда”, "Поэтика прозы Ю. Олеши”, монографии "Автор-
    ское сознание и социальный заказ. Запрещённая советская литература
    20-х гг.”, множества научных и публицистических статей, ведущий лите-
    ратурный критик — Виктор Владимирович Бадиков.
    Следующий цикл в книге — "Прощание” погружает нас в страстный,
    полный импульсивности и эмоций мир любовных переживаний. Словно нок-
    тюрны Ф. Шопена они навеяны любовью к Польше (где В. В. Бадиков три года
    преподавал в вузах русскую литературу), к женщине, к теплоте польской речи.
    Помню, как любил Виктор Владимирович приводить в пример своим уче-
    никам фразу, которой герой "Зависти” Ю. Олеши — Кавалеров обращался к
    своей любимой: "Вы прошумели мимо меня, как ветвь, полная цветов и
    листьев”. Ему очень нравилось это сравнение. И вот в Польском (как я его
    для себя назвала) цикле встречаю стихотворение, в котором, противопос-
    тавляя сравнению Юрия Олеши и перекликаясь со знаменитым: "Как боль-
    но, милая, как странно…” из "Баллады о прокуренном вагоне” Александ-
    ра Кочеткова, он написал такие строки:
    Дохнула холодом весна
    И жизнь — своей житейской прозой.
    Ты как на кладбище пришла,
    Как ветвь, убитая морозом,
    И плачешь медленно, безмолвно,
    Как странно, милая, как больно!
    P. S. "Прощание” — с Польшей, с женщиной, с любовью…
    Среди фотографий в книге есть каран-
    дашный набросок — автопортрет В.Бадикова.
    Я получила от него в подарок факсимильную
    (как сказал сам Виктор Владимирович) копию
    этого автопортрета. А было это тоже в знак про-
    щания. Прощания с другом — Инной Василь-
    евной Потахиной, с молодыми шестидесяты-
    ми, с ушедшим веком… Я готовила к годовщи-
    не памяти И.Потахиной материал. Виктор Вла-
    димирович, друживший с Инной больше соро-
    ка лет, тоже поделился своими воспоминания-
    ми. Мы говорили, рассматривали фотографии,
    где совсем ещё молодые, такие дорогие мне
    люди стояли во дворе КазПИ после творческой
    встречи Инны Потахиной со студентами. "Инна
    прекрасно владела аудиторией, — рассказы-
    вал Виктор Владимирович. — Она пришла не-
    много уставшая, скромно одетая и стала не про-
    сто читать свои стихи, рассказывать им о литературе, о Пушкине. (Расска-
    зывала она всегда интересно, заразительно. И знала ещё со школьных лет,
    намного больше программы. — Р. А.) Инна покорила девушек с первой же
    минуты, ничего особенного при этом не делая, и всё выступление видела их
    восхищённые взгляды”. А потом Виктор Владимирович показал мне ещё фо-
    тографии и документы тех лет, свои карандашные наброски, среди которых
    был и этот автопортрет. Когда материал был закончен, и он одобрил его, ска-
    зав, что "сделан он на сплошном сливочном масле”, Виктор Владимирович
    вручил мне на память свой автопортрет. Все его рассказы о юности, о той
    чудесной поре, когда всё ещё только начиналось, и этот рисунок стали строч-
    ками моего посвящения Учителю, Другу, Человеку:

    Август
    В. В. Бадикову
    в ответ на подаренный им автопортрет
    Пряным зноем спелости
    полон августа взгляд.
    Кудри в русой светлости
    ветром спутаны. В лад
    В. Бадиков и И. Потахина
    во дворе КазПИ.
    струнам ливня летнего
    губы шепчут стихи,
    но смущенья пленники —
    их признанья тихи…
    Лишь глазам доверился
    потаённый свет
    сердца — друга верного,
    его счастья завет.
    Пряным зноем спелости
    полон августа взгляд…
    Римма Артемьева (В. Бадиков. "По гамбургскому счёту”, 2008 г.)
    Последний раздел сборника "Есть беспокойство…” — "Посвящения и тос-
    ты”, где юмор и ирония сопутствуют добрым пожеланиям, восхищению друзь-
    ями, коллегами, знакомыми. Все знают, как был щедр Виктор Владимирович
    на искренние, хорошие слова. И в этом, наверное, тоже он видел своё предназ-
    наченье служить Высокому Слову, которое завещал и всем нам. Сколько тёп-
    лых и светлых слов осталось у нас в его автографах и надписях на книгах. Как
    не хватает нам его комплиментов и одобрения! Очень точно в своём поэтичес-
    ком посвящении ему Э. Белицкая-Пичугина написала: "Мне Ваши нужные
    слова / расширили пространство”! Тем приятнее, читая эти посвящения, вспо-
    минать, возвращаясь туда, в те минуты радости, где он сам дарил её нам.
    На последней фотографии в книге Виктор Бадиков в 2007 году вместе со
    своим самым близким другом Адольфом Арцишевским. Именно Адольфу при-
    знался он в своём посвящении "в день презентации его «Простых истин»”:
    Не угасает никогда
    В любые наши лета
    Души бессонная звезда —
    Желанье быть поэтом!
    Завершающим книгу стихотворением, думаю, совсем не случайно
    стало посвящение однокласснику Равилю Сафину, в котором есть пора-
    зительные строки, открывающие ещё одну редкую черту Виктора Ба-
    дикова — чувство ответственности за память о прошлом:
    Я понял, как мы все повинны
    В беспамятстве жизни своей.
    Если честно, то это совсем не про Виктора Владимировича Бадикова!
    Он-то как раз умел хранить память и своим примером учил этому прямо
    или косвенно всех, кто его окружал.

    Чтобы себя в себе сберечь…
    У Виктора Владимировича был особый дар дружить, и это всегда восхи-
    щало меня! Для него не было в жизни друзей чего-то малозначительного. Он
    умел радоваться малейшим достижениям, умел отдавать своё время, силы, а
    зачастую и материально поддерживать оказавшихся в непростом положе-
    нии друзей. "Виктор! Спасибо, что ты поддерживал меня все эти годы…” —
    написала Инна Потахина Виктору Бадикову, оставив автограф на своей по-
    этической книге "Лыжная прогулка” ещё в 1977 году. Но до последней своей
    беседы, которая была именно с Виктором Владимировичем, до последнего
    своего выдоха она оставалась благодарной ему за его удивительную дружбу.
    Даже когда смерть разделяла его с друзьями, Виктор Владимирович
    продолжал не просто поддерживать огонь памяти, но и заботился о том, что-
    бы и следующие поколения несли этот огонь дальше. Виктор Бадиков вместе
    с Инной Потахиной и Аркадием Арцишевским издали за счёт спонсоров по-
    смертную книгу "GLORIA DEI” Л. Лёзиной. Он предоставил материал из свое-
    го архива и стал автором послесловия книги Н.Черновой "На два голоса” об
    Олеге Постникове, о котором и сам много писал в своих воспоминаниях.
    Мне запомнился поминальный вечер у могилы Тамары Мадзигон по
    поводу 20-летия со дня её смерти в 2002 году. Вместе с Михаилом Васильеви-
    чем Мадзигоном были Виктор Бадиков, Адольф Арцишевский, Евдокия Ад-
    маева, Ирина Айманова, где звучали не только тёплые, проникновенные вос-
    поминания об удивительной женщине и тонком поэте, но и много её и наших
    стихов. Он сам публиковал стихи незаслуженно забытого, талантливого ка-
    захстанского поэта Виктора Мармонтова и по крупицам собирал о нём мате-
    риал. В свои литературоведческие сборники статей он непременно включал
    раздел MEMORIA , где вновь звучали такие дорогие нам имена Н. Тюрякуло-
    ва, А. Жовтиса, М. Симашко, И. Шухова, Н. Ровенского, Т. Мадзигон, О. Пост-
    никова, Л. Лёзиной, О. Бокеева, И. Потахиной и многих других.
    Именно Виктор Владимирович после смерти Инны предложил создать
    личный фонд И.Потахиной в Государственном архиве РК. Он помог и поддер-
    жал меня в этом начинании, поделился собственным опытом в таком непро-
    стом деле, как создание архива. Думаю, не для кого не секрет, что сам он
    тщательно и аккуратно создавал свой архив. А я-то уж знаю, какое это непро-
    стое дело! Как написал В.Бадиков в одном из своих стихотворений:
    И у живых свидетелей тех лет
    Не выпросишь ни памяти, ни слова.
    В его личном фонде хранится 106 папок, среди которых автографы,
    фотографии, письма: Э. Багрицкого, В. Шкловского, Ю. Олеши, О. Суок-Оле-
    ши, Ю. Нагибина, А. Ашимова, Б. Каирбекова и многих-многих других.
    Сколько сил и времени требует архив?! Но он находил их, несмотря на свою
    неимоверную занятость, чтобы всё систематизировать, записать, упорядо-
    чить. Как истинный интеллигент, он считал своим долгом делать всё, что-
    бы не предавать забвению имена ушедших литераторов, и не только.
    Так случилось, что последний наш разговор с Виктором Владимиро-
    вичем, ставший и последним его интервью, был об Инне Васильевне Пота-
    хиной. За несколько дней до его поездки в ту трагическую командировку я
    пришла к Виктору Владимировичу для того, чтобы восстановить хотя бы
    одну из многочисленных песен Инны. На 29 апреля 2008 г. был назначен
    вечер памяти, посвящённый 70-летию Инны Васильевны Потахиной, орга-
    низованный Союзом писателей РК совместно с редакцией журнала "Про-
    стор”. Виктору Владимировичу на этом вечере предстояло быть главным
    выступающим. Записав на листочек ноты, Виктор Владимирович напел
    мне мелодию, чтобы я могла её потом воспроизвести, и разговор потёк сам
    собой… Теперь с особым трепетом слушаю его слегка уставший, тихий с
    хрипотцой голос, где он рассказывает об Инне, которая впервые привезла
    в Алма-Ату песни Б. Ш. Окуджавы, ставшие непременным атрибутом всех
    встреч литературной братии того времени, о прошлом и будущем нашего
    любимого Города, в котором жил и останется жить добрый, умный, чуткий
    истинный Служитель Высокого Слова — Виктор Владимирович Бадиков!
    г. Алматы.
    Категория: Культура. Общество. Личность | Добавил: Людмила (20.05.2010)
    Просмотров: 3624 | Комментарии: 2 | Теги: Римма Артемьева, Виктор Бадиков | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 1
    1  
    Спасибо, Римма, что написали об этом интереснейшем человеке. Только недавно была в гостях у его лучшего друга Адольфа Арцишевского. Он издал несколько книг Виктора Бадикова, приложив к этому огромные усилия, потому что книги были изданы на деньги спонсоров. Как хорошо, что есть люди, которые помнят о нем.

    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Нас считают
    Наши комментарии
    Очень красивое стихотворение. Мы с моим учеником написали музыку к этому стихотворению и будем исполнять как песню. biggrin
    Спасибо автору! Вас обязательно укажем!

    Совершенно согласен с Вами, страданию творческих людей нет предела. Глобализация и потребл....ство перечеркнуло прошлое. Настоящих Поэтов еденицы. По большому счёту правят бал графоманы, а посему     в память о сегодняшней дате 25 августа, ДЕНЬ СМЕРТИ ВЛАДИМИРА РОМАНОВИЧА, предлагаю стихотворение замечательного Каинского (г.Куйбышев) Новосибирская область Василия Закушняка.

    ПОСЛЕСЛОВИЕ

    Земные радости познавший,
    Осенней тихою порой,
    Однажды я листвой опавшей
    Найду приют в земле сырой.
    Пришёл я в этот мир с любовью:
    Мир невозможен без любви!
    Мне будут петь у изголовья
    В загробной жизни соловьи.
    Святыми всеми заклинаю:
    Я этот мир до слёз люблю!
    Любя, простишь меня, родня.
    Любя мы встретимся в Раю.
    Творец, заслышав песню эту,
    Благословит последний путь.
    Всего- то надобно поэту
    Свеча, да ладанка на грудь.
    Когда Покров безмолвно ляжет,
    Листвой опавшей стану я.
    Пусть будет пухом мне лебяжьим.
    Святая Русская Земля.
    Всё так естественно и просто,
    Как беглый взгляд со стороны.
    Путь от рожденья до погоста,
    От крика и до тишины...

         С уважением, Сергей

    Здравствуйте, уважаемые! Прошу прощения, у видео нет звука, а очень хотелось бы послушать, о чём говорил Поэт. Не могли бы Вы перезагрузить видеоролик? С уважением, Сергей.

    Хороший стих. Но есть маленькие проблемы. Третья строка "Но слезы душат и никак" что НИКАК? не понятно... В строке "Другие руки тЕбя ждут," сбой ритма. С ув. Олег

    Хорошая песня получилась, Надежда. Вот только маленькая помарка бросается в глаза. Сбой ритма в строчке "ТвОи дни, с другою разделенные," поменяйте местами "Дни твои, с другою разделенные," и всё встанет на места. С ув. Олег

    Рад Вашему визиту.

    Спасибо Людмила. Извините за поздний отклик.

    Спасибо большое. Я очень рада! Спасибо руководителям сайта за возможность дарить стихи!!!

    Спасибо, Надежда. понравилось. Как это знакомо...

    На свете ничего не возвратить назад..Увы!..Как здорово у вас все это подмечено..Понравилось..Мое..и как у меня..(про живу..))

    Наш сайт
    Copyright Журнал "Нива" © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz