Вторник, 21.11.2017
Памяти Владимира Гундарева
Меню сайта
Категории раздела
Проза [82]
Поэзия [107]
Документальная проза [29]
К 65-летию Великой Победы [9]
Культура. Общество. Личность [36]
Публицистика [0]
Далёкое — близкое [9]
Времён связующая нить [4]
Критика и литературоведение [22]
Искусство [24]
В семейном кругу [21]
Детская комната «Нивы» [2]
Публицистика [15]
Cатира и юмор [10]
Наследие [9]
Актуальный диалог [1]
На житейских перекрестках [12]
Приключения. Детектив. Фантастика [25]
Наш общий дом [15]
Из почты "Нивы" [9]
Философские беседы [2]
Летопись Евразии [8]
Параллели и меридианы [8]
Природа и мы [6]
Краеведение [5]
Слово прощания [1]
Горизонты духовности [6]
История без купюр [5]
Творчество посетителей сайта [55]
Здесь вы, посетители сайта, можете опубликовать свои произведения.
Стихи Владимира Гундарева [5]
Проза Владимира Гундарева [4]
Форма входа
Наш опрос
Что вы думаете о русской литературе в Казахстане?
Всего ответов: 246
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • Литературный дом Алма-Ата

  • Облако тегов
    Поиск
    Translate the page
    Главная » Статьи » Параллели и меридианы

    К. Первушин. Свет и тени исторической родины. Путевые заметки
    № 1, 2010
    Клим Семёнович ПЕРВУШИН
    родился 22 марта 1947 года в селе Поперечное Восточно'Казахстанской области. Окончив среднюю
    школу, служил в армии.
    Работал корреспондентом газеты "Лениногорская правда”, редактором городского радио, электролизником и художником-оформителем на цинковом заводе Лениногорского полиметаллического комбината. Двенадцать
    лет трудился в Магаданской области.
    Живёт в г. Риддере (бывший Лениногорск), работает художником-оформителем в АО "Казцинк”.
    Публиковался в местной печати, в российских изданиях, в журнале "Простор”, в коллективных сборниках. Автор книг "Седая нить судьбы”, "Здравствуй, мир зелёный!”, "Река сомнений”, "Память сердца”, "Кукушкины слёзки” и т. д.
    Постоянный автор "Нивы” с 2005 года.

    Кончался очередной отпуск. Не сказать, что он был проведён совсем
    бесполезно, но и ничего особенного за период отдыха не произошло. Сен'
    тябрь пролетел в привычных заботах: картошка, работа на даче, да тихая
    охота в поисках осенних и королевских опят. И всё'таки на душе остава'
    лась какая'то неудовлетворённость. Пройдёт чуть больше недели — и нуж'
    но будет в сорок второй раз возвращаться из отпуска на работу.
    Но судьба наша непредсказуема, вечером позвонил свояк Юрий Ни'
    колаевич Перестенко:
    — Ты не против съездить на пару дней в Троицкое под Барнаул, на
    пятидесятилетие моего двоюродного брата Виктора?
    "Ну вот, — подумалось мне, — кажется, финал отпуска будет достойным”.
    — С одним условием, — предупредил я, — мне нужно обязательно
    побывать в редакции журнала "Алтай”.
    Как всякий пишущий человек, я всегда заинтересован в публикации
    своих опусов. И пусть в толстых журналах теперь редко платят гонорары,
    но увидеть свои стихи или прозу в таком издании тоже дорогого стоит. Тем
    более ещё с советских времён я с большим уважением относился к этому
    печатному органу писателей Алтайского края.
    Юрий Николаевич был согласен на мои условия.
    И вот дождливым октябрьским утром красная "Шкода” отправилась в
    далёкое путешествие. За рулём свояк, рядом я, а на заднем сидении две сес'
    тры Антонина и Надежда. Тусклый рассвет застал нас возле села Бутаково.
    Юрий то включал, то выключал "дворники”. Небесная влага периодически
    туманила лобовое стекло. До Секисовки доехали спокойно, а вот после пово'
    рота на Верх'Убу начались неприятности. Дорога и без того сложная, местами
    была разбита вдрызг, и приходилось двигаться со скоростью конной повоз'
    ки. Но, как и всё в нашей жизни, пятнистый асфальт закончился. После дви'
    жения по синусоиде с увала на увал шоссе приобрело горизонтальное поло'
    жение. Было пасмурно, но дождь перестал. Приближался первый на нашем
    пути город с названием Шемонаиха. Проплыла справа длинная, увенчан'
    ная скалистыми зубцами, гора Мохнатуха. Незаметно подъехали к мосту
    через реку Убу. Она поражала шириной и мощью. С полмесяца назад у исто'
    ков, в селе Поперечном, я переходил её вброд. Теперь, преодолев около четы'
    рёхсот километров и вобрав в себя сотни ручьёв и речек, пред нами предстала
    могучая, спокойная водная артерия, не уступающая Иртышу в районе Усть'
    Каменогорска. Промелькнул за окнами одноэтажный районный центр, зна'
    менитый тем, что здесь родился большой советский писатель Анатолий Ива'
    нов. Один мой товарищ любит вспоминать к месту, что сидел за той же партой,
    что и его известный земляк. Тут же в Шемонаихе в конце 19'го века проходил
    свои университеты прозаик с мировым именем Георгий Гребенщиков. Юный
    Егор, работая в канцелярии лесничего и писарем у мирового судьи, пристра'
    стился к чтению, а позднее и сам начал писать по ночам.
    За городом дорога снова запетляла среди сопок. Вскоре на горе мы
    увидели шлагбаум и несколько зданий таможни. Подождав на пронизы'
    вающем ветру с полчаса, въехали на территорию. Машину загнали в ан'
    гар для досмотра. Не обнаружив недозволенных к вывозу вещей, нас от'
    правили на проверку документов в недавно построенное современное зда'
    ние. Формальности не заняли много времени. Напоследок нас заставили
    снять головные уборы и посмотреть в глазок видеокамеры. Закончив с этой
    процедурой, я решил пошутить:
    — За фотографиями когда прийти?
    И тут же получил довольно болезненный толчок в бок. Надежда про'
    шептала мне на ухо:
    — Ты с ними не шути, они юмора не понимают, — и рассказала, как
    один наш товарищ, назовём его Иваном, будучи в изрядном подпитии, на
    вопрос таможенника: "Оружие, наркотики везём?” — вместо водителя отве'
    тил: "Всё везём!”. За своё остроумие он жестоко поплатился. Машину задер'
    жали на целый день и в поисках контрабанды разобрали чуть ли не до вин'
    тика. Не помогли никакие уверения Ивана, что это была безобидная шутка.
    Сразу после выезда с пропускного пункта грунтовая дорога круто ухо'
    дила вниз, но вскоре выровнялась и снова зазмеилась между невысоких
    холмов. Через несколько километров подъехали к российской таможне.
    Здесь формальности перехода границы заняли ещё меньше времени, и
    вскоре наша "Шкода” понеслась по дорогам исторической родины в сторо'
    ну конечной цели нашего путешествия. Мелькали мимо населённые пун'
    кты, со слышанными когда'то названиями: Третьяково, Староармейское.
    Приближался Змеиногорск, старший брат нашего родного города. Мы еха'
    ли по дороге, проторенной в конце 18'го века крестьянами сёл, стоявших
    на пути доставки сортированной руды с Риддерского месторождения в
    Колывано'Воскресенский горный округ на Локтевский и Змеиногорский
    плавильные заводы. Из окна автомобиля многого не увидишь, но Змеино'
    горск показался мне уютным городком, застроенным частными домами,
    с редкими вкраплениями пятиэтажек. А, вспомнив его историю от Петра I
    и Акинфия Демидова о том, что маркшейдер Филипп Риддер в 1791 году
    работал в Змеиногорской конторе присутствующим по командной части,
    понимаешь, как мы связаны невидимыми нитями с прошлым и как ус'
    ловны границы, разделяющие теперь нас.
    Оторваться от мысленного путешествия в прошлое меня заставили став'
    шие появляться возле дороги причудливые скалы, напоминавшие живот'
    ных и птиц. Приближалась деревня Савушка, в которую я влюбился с первого
    взгляда. Алтайские горы здесь заканчивались, но напоследок природа при'
    берегла это нерукотворное чудо. Даже в пасмурный осенний день невысокие
    сопки, на вершинах которых можно было рассмотреть каменные замки и
    сказочных чудищ, да огромное зеркало озера у подножья свинцовой гладью
    подчёркивало берущую за душу красоту открывшегося пейзажа. Ограничен'
    ность во времени не дала нам до конца насладиться замечательной картин'
    кой. Договорились на обратном пути сфотографироваться возле местных до'
    стопримечательностей. Без остановок мы мчались по всё более плоской рав'
    нине. Мимо проносились убранные поля пшеницы, разделённые на прямо'
    угольники линиями лесополос, изредка попадались красные деляны неско'
    шенной гречихи. После гор окружающий мир казался серым и однообраз'
    ным, скучные октябрьские краски навевали уныние. Но такова уж челове'
    ческая натура — промелькнёт озерцо с зимними камышами или колок с не
    облетевшими ещё ярко'жёлтыми берёзами, и ты начинаешь понимать, что
    красота и природа неразделимы. Если чуть'чуть изменить строки песни, то
    получится "у природы нет плохих пейзажей”.
    В районном центре Курья нам с Юрием грех было не покурить, жен'
    щины пробежали по близлежащим магазинам. И снова в путь. Через пол'
    сотни километров перед нами раскинулся большой населённый пункт,
    центр одноимённого района Поспелиха. Здесь пересекли железную доро'
    гу и выехали на федеральную трассу. Я даже не подозревал, что дороги
    могут быть такими ровными и ухоженными, как на картинках в правилах
    дорожного движения. Всё соответствовало стандартам, и знаки, и раз'
    метка — настоящий немецкий автобан. Свояк наслаждался быстрой ез'
    дой. Но как это всегда бывает в жизни, после удовольствия следует непри'
    ятность. Возле поворота на Шипуново, взмахнув жезлом, нас остановил
    гаишник и попросил Юрия пройти в стоявший рядом милицейский "УАЗ”.
    Через некоторое время наш водитель хмурый вернулся за руль и показал
    нам штрафную квитанцию на 500 рублей. Оказывается, по новым прави'
    лам нужно было ехать с ближним светом, а у нас были включены подфар'
    ники. Выслушав несколько "ласковых” слов от жены, он нажал на газ.
    Приближался город Алейск. В моём мозгу неожиданно всплыло двусти'
    шье "Два солдата из стройбата заменили экскаватор”. Здесь я оставил три
    года своей жизни. Как это сейчас странно ни звучит, об армии у меня оста'
    лись только приятные воспоминания. Наш военно'строительный отряд стро'
    ил ракетные площадки стратегического назначения и сопутствующую им
    инфраструктуру по всему Алтайскому краю, а ещё раньше Новосибирский
    Академгородок. За время службы я побывал во многих населённых пунктах
    от Алейска до Усть'Калманки на юго'востоке и на востоке до Усть'Чарышс'
    кой пристани, которая запомнилась мне широкой Обью и тёплой гауптвах'
    той'времянкой, где мне посчастливилось отсидеть 5 суток.
    В дымке от труб котельных и выхлопных газов проплыл в стороне го'
    род моей армейской юности. Память воскресила молодые лица сослужив'
    цев. Целый эшелон привезли нас из Восточного Казахстана. Бывало, при'
    езжаешь в Усть'Каменогорск и обязательно встретишь армейского товари'
    ща. Сейчас же и в Риддере, и в областном центре напрасно всматриваюсь в
    лица встречных мужчин, надеясь узнать посланца далёких шестидеся'
    тых. Но жизнь, к сожалению, проходит и нас становится всё меньше.
    До Троицкого оставалось несколько десятков километров. Несмотря на
    отличное покрытие федеральной трассы, десятичасовая безостановочная
    езда утомила всех, особенно водителя. Мы пристально всматривались в мель'
    кающие указатели, когда же появится нужный. Наконец, сделав большую
    петлю направо, мы въехали в Калманку и как будто вернулись к началу путе'
    шествия. Такие же, как у нас, неухоженные дороги с ухабами после ямочного
    ремонта. Но самое трудное испытание ждало нас на въезде в село Троицкое,
    являющееся как бы продолжением районного центра. Грунтовое полотно на
    видимое расстояние было наполовину засыпано кучами грунта, предназна'
    ченными для ремонта дороги. Свободной оставалась одна колея, залитая
    жирной алтайской грязью. Остановив машину, Юрий Николаевич с тоской
    смотрел на это, с позволения сказать, шоссе. Посовещавшись, решили риск'
    нуть. Изготовленная в Усть'Каменогорске "Шкода”, проваливаясь по ступи'
    цы, спокойно преодолела километровый участок бездорожья. Выехали на
    центральную улицу. Несколько двухэтажек, а остальное — частные кирпич'
    ные и рубленые дома с неизменной сиренью в палисадниках. Подъехали к
    большим зелёным воротам. Это были владения Виктора Григорьевича и Ли'
    дии Освальдовны Ракушиных. Хозяин ещё не пришёл с работы, поэтому встре'
    чала нас Лидия, которая к нашему приезду натопила баню. Отдохнув с доро'
    ги и напарившись, порозовевшие от целебных берёзовых веников, расселись
    в просторной кухне за вместительным столом. Виктор уже вернулся домой.
    Он был нашим земляком. Поэтому они с Юрием вспомнили своё детство, зной'
    ный Урджар, щедрые урожаи арбузов и яблок, поездки с дедом на ишаке за
    сеном и по другим крестьянским нуждам. Потом судьба разбросала двоюрод'
    ных братьев, одного в Риддер, другого в Троицкое. Но они сохранили связь и
    хотя бы раз в год навещают друг друга и перезваниваются по телефону. Вик'
    тор поинтересовался Леонидом Снеговским, который некоторое время был
    акимом нашего города, как выяснилось, они учились с ним в одном классе.
    Мы ничего вразумительного рассказать не могли. Очень уж недолгое время
    руководил городской администрацией его одноклассник.
    Договорившись на завтра о праздновании юбилея и поездке в Барна'
    ул, разошлись на ночлег по разным комнатам большого дома Ракушиных.
    Погода на утро не радовала, опять моросил мелкий холодный дождь.
    На видавших виды "Жигулях” хозяина отправились в пятидесятикиломет'
    ровый путь до областного центра. Оставив в стороне ремонтируемую доро'
    гу, по известному ему одному просёлку, Виктор объехал бездорожье, дыря'
    вые улицы Калманки и влился в поток машин на барнаульской трассе.
    Опять замелькали поля убранной пшеницы и ещё не скошенной гречихи.
    — Слышал по радио, зерновые убраны на восемьдесят процентов, —
    сообщил Виктор, — если погода не подведёт, урожай будет неплохой.
    Приближалась столица Алтайского края. Мимо проносились дачные
    участки, похожие на подобные строения по всему бывшему Советскому
    Союзу. Широкая полоса асфальта плавно повторяла все складки местнос'
    ти. То уходила вниз, то полого поднималась на очередную возвышенность.
    И вот с одной такой горки перед нами открылась грандиозная панорама
    Барнаула. В последний раз посещал его в 1995 году. Перемены были рази'
    тельными. Контуры выросших многоэтажек сделали силуэт города неуз'
    наваемым. Невольно напрашивалось сравнение с каким'то заморским
    мегаполисом, с закрывающими горизонт небоскрёбами.
    В густом потоке машин выехали, наконец, на нужную нам улицу Коро'
    ленко. Виктор прижал машину к обочине и, обернувшись ко мне, указал на
    длинную пятиэтажку с большими буквами по карнизу "Издательство”.
    — Думаю, где'то здесь ты найдёшь нужную тебе редакцию.
    Мы со свояком пересекли дорогу с проходящей посередине трамвайной
    линией и на стоявшем торцом здании обнаружили скромную вывеску "Ре'
    дакция журнала "Алтай”. На первом этаже нашли дверь с таким же текстом
    на табличке, увы, она была закрыта. Продавщица находящегося в коридоре
    киоска "Роспечать” посоветовала обратиться на второй этаж в типографию.
    Встретившая нас женщина на мой вопрос, когда придёт редактор, ответила:
    — Вторушин обязательно должен к обеду прийти, ему нужно посмот'
    реть вёрстку последнего номера.
    Мы с Юрием, переглянувшись друг на друга, едва не расхохотались. Сход'
    ство фамилии редактора и моей настраивало на хороший приём в журнале.
    Усевшись в машину, мы рассказали о мистическом совпадении фа'
    милий. Это развеселило всех. Нужно сказать, что за всю свою жизнь я не
    встречал ни одного Первушина, кроме родственников, разумеется. Тёзок
    по имени человека три видел, а вот однофамильцев только по телевизору,
    да однажды в титрах кинофильма.
    Посовещавшись с женщинами, пока суд да дело, решили съездить на
    рынок, посмотреть, что тут есть и почём. Интересующий нас объект находил'
    ся недалеко. Припарковавшись на стоянке, разделились, я пошёл сопровож'
    дать женщин, а Виктор с Юрием остались в автомобиле. Посреди большой
    площади возвышалось двухэтажное строение с павильонами и администра'
    цией, а вокруг нескончаемые торговые ряды с товарами, в большинстве сво'
    ём, конечно, китайскими. В общем, рынок как рынок, похожий на наши ба'
    зары в Риддере и Усть'Каменогорске, только цены повыше. Сыпал туманооб'
    разный дождь, пронизывал холодный ветер, и нам, одетым по'летнему, было
    довольно некомфортно. Сознаюсь, я позавидовал дальновидности оставших'
    ся в тёплой машине. Но вы попробуйте остановить женщину, попавшую в это
    сказочное обилие товаров. Наконец, купив внучке сапожки, а Надежде джин'
    сы, околевшие, мы вернулись на автостоянку, где Юрий и Виктор докурива'
    ли по очередной сигарете. Время приближалось к двенадцати, пора было
    отправляться в редакцию. Доехав до улицы Короленко, влились в поток ма'
    шин и, то и дело останавливаясь, двинулись вверх. Я с интересом рассмат'
    ривал проплывавшие мимо постройки, где чередовались современные зда'
    ния с большими деревянными купеческими домами позапрошлого века. Было
    видно, здесь с любовью относятся к своему прошлому. Развернувшись на пе'
    рекрёстке, спустились к комплексу издательств, и через минуту я открыл
    заветную дверь. В комнате, похожей на все редакции серьёзных журналов от
    Санкт'Петербурга до Алматы и Усть'Каменогорска, меня встретила редак'
    тор отдела прозы Ольга Гришко. Рассказав о цели своего приезда, я подписал
    в подарок редактору и коллективу журнала "Риддерскую радугу” и "Кержац'
    кий сфинкс”. Взяв мою книгу и взглянув на фамилию автора, она, улыбаясь,
    сказала:
    — А мы всё думали Вторушин да Вторушин, когда же появится Перву'
    шин? Наконец'то дождались.
    Посмеявшись, она мечтательно произнесла:
    — Красивая у вас там природа, и горы, и леса, и реки все есть. Мы
    когда'то, ещё в советское время, часто приезжали к вам отдыхать, до сих пор
    вспоминаем ваши края с добрым чувством. Вот только город очень загазо'
    ван. Ну сейчас'то, наверное, предприятия стоят и воздух стал чистым.
    Мне пришлось уверить её, что все заводы в городе работают, а благо'
    даря отлаженной технологии, атмосфера в Риддере соответствует миро'
    вым стандартам.
    К моему большому сожалению, выяснилось, что редактора Станислава
    Вторушина в этот день не будет. Я попросил несколько номеров журнала,
    чтоб представить их членам нашего городского литературного объединения,
    для знакомства с творческим процессом писателей соседнего региона. Ольга
    Гришко посетовала, что без редактора она не вправе этого сделать.
    — А давайте попросим бухгалтера, чтобы она позвонила Вторушину и
    спросила разрешения.
    В соседнем кабинете симпатичная женщина быстро разрешила мой
    вопрос. Позвонив редактору, выяснила, что он меня знает и даже что'то
    печатал. Мы пересмотрели несколько книжек за 2008 год, но напрасно.
    Главное, мне разрешили взять журналы.
    Попрощавшись, с кипой последних номеров я вернулся к своим спут'
    никам по путешествию.
    На выезде из города я посмотрел в заднее стекло автомобиля. Передо
    мной вновь предстал силуэт огромного города. Исподволь моё сознание
    возродило момент, когда мы с нашим поэтом, прозаиком и краеведом Ми'
    хаилом Немцевым недавно рассматривали рисунок первого живописца
    Алтая Василия Петрова — вид Барнаула конца XVIII века, на котором у
    устья речки Барнаулки было изображено небольшое поселение, за двести
    с лишним лет превратившееся в большой город. Кстати, художник В. Пет'
    ров за четыре вида Риддера и рисунок пещеры возле Бухтарминской кре'
    пости по представлению императора Александра I в 1806 году был удосто'
    ен звания академика Российской академии художеств. Размышления о
    прошлом напомнили мне, что 1 мая 1786 года отряд Филиппа Риддера
    отправился в путь с Барнаульского сереброплавильного завода на поиски
    новых месторождений в горы Рудного Алтая. Свою миссию молодой гор'
    ный офицер выполнил блестяще. Город его имени 223 года живёт в самом
    центре Евразии. Оторвавшись от размышлений, я глядел на мелькавшие
    прямоугольники полей и представил вереницу повозок и верховых, дви'
    гавшихся в сторону Змеиногорска. По этой же дороге или где'то рядом ехал
    небольшой отряд основателя нашего города сотни лет назад.
    А мы, свернув в Калманку, вскоре вернулись к дому наших хозяев Раку'
    шиных. Нам предстояло сегодня отпраздновать юбилей Виктора Григорье'
    вича. В зале Лидия со снохой уже накрыли стол, мы попали, как говорится, с
    корабля на бал. Нас уже ждали. Приехали из Калманки сын Сергей с женой
    Леной и внуком Олежкой. Как полагается, было сказано много поздравле'
    ний в адрес юбиляра, подарены подарки, выпито достаточное количество
    фужеров вина и стопок водки. Среди веселья Лидия Освальдовна сказала:
    — Хотите, я вас сейчас рассмешу? Наш Олежка в школе пустил слух,
    что у него в Риддере есть очень крутой дядя Юра — хозяин рудника, где
    добывают золото и другие металлы.
    Мы долго смеялись, представив себе диспетчера Шубинского рудни'
    ка в роли миллионера'капиталиста. Юного сочинителя можно было по'
    нять, грех не приукрасить своего дядьку, когда другие ученики хвастают
    богатыми и влиятельными родственниками.
    Угомонились далеко за полночь. На следующий день сходили на клад'
    бище, где покоятся родители Виктора Григорьевича. Могила находилась у
    ограды на высоком крутом берегу поймы сверкающей вдали Оби. Хозяева
    вспомнили последние дни жизни матери и отца. Помянули.
    На обратном пути втроём решили зайти на бывший кабельный учас'
    ток, которым до последнего времени руководил Ракушин. Пережив пере'
    стройку и развал, предприятие не выдержало эры новых технологий. Ка'
    бель, который оно обслуживало, соединял столицу с Дальним Востоком,
    но с появлением спутниковой связи оказался ненужным. Виктор провёл
    нас по кабинетам управления. Кажется, ещё вчера здесь работали люди,
    а сегодня везде царило запустение. Глядя на стойки с неработающими
    приборами, я вспомнил подземный штаб в городе Алейске, откуда велось
    управление ракетными площадками по всему Алтайскому краю, а мы за'
    нимались там покраской помещений. Я спросил у Виктора о судьбе шахт'
    ных установок, что строили в шестидесятых наш военно'строительный
    отряд и другие подразделения Сибирского военного округа.
    — Взорвали, согласно договору о разоружении с заокеанскими парт'
    нёрами. Мы ведь и армию обслуживали, пока в девяностых стратегичес'
    кие ракеты не уничтожили, — грустно ответил Ракушин.
    Сознаюсь, горько было слышать такое сообщение. Сколько труда было
    вложено в эти военные объекты, не говоря уже о деньгах и материальных
    ценностях. Если бы распорядиться этим с умом, миллионы долларов по'
    полнили бы казну Алтая. Хотя в лихие девяностые, вполне возможно, эти
    деньги осели бы в карманах чиновников.
    Вышли на улицу. Возле стоявшего поблизости цеха возвышалась куча
    металлической оплётки, в открытые ворота был видно, как человек десять
    разделывают когда'то стратегический кабель.
    — Вот видите, чем на старости лет приходится заниматься, — со вздо'
    хом сказал Виктор, — раз в неделю приезжает приёмщик металла, заби'
    рает продукцию и сразу же расплачивается наличными. Года на два кабе'
    ля хватит, а за это время что'нибудь придумаем.
    Ракушин показал нам впечатляющих размеров агрегат для выемки
    кабеля из грунта.
    — Вот наш кормилец, когда'то служил в сапёрных частях Советской
    Армии.
    Вышли на центральную улицу. Виктор посмотрел на ряд двухэтаж'
    ных домов.
    — Всё это построено для связистов, вообще наш участок давал работу
    многим жителям Троицкого. Теперь кто мог, уехал, другие приспосаблива'
    ются к новым условиям. Да что говорить, был здесь богатый совхоз, всё
    развалили. Много квартир пустые стоят. "Мудрые” руководители решили
    селить здесь бездомных из Барнаула, не подумав, что для нормальной
    жизни нужны рабочие места, а у нас и своих безработных хватает. Поэто'
    му приходится на ночь запираться на много запоров. Пьянство и крими'
    нал в селе получили новый толчок.
    На этой грустной ноте наш разговор закончился, мы подошли к усадь'
    бе наших хозяев. Нужно было готовиться к отъезду, завтра утром нам пред'
    стоял неблизкий путь домой. На прощание сфотографировались вместе у
    яблони с крупными тёмно'красными плодами. Яблоки оказались сочны'
    ми и сладкими. Вот тебе и матушка Сибирь!
    Ранним утром, до рассвета, чтобы успеть на таможню до автобусов,
    мы отправились в обратную дорогу. "Шкода”, как лошадь по дороге к дому,
    двигалась заметно быстрее, а может быть, Юрий Николаевич сильнее да'
    вил на газ? Тем не менее, вскоре мы были уже в Курье, где немного размя'
    лись, посетив здешние магазины, и снова под наши колёса покатилась
    свинцово'серая спина асфальта. Не останавливаясь, проехали мимо кра'
    сот Савушки. На ходу из окна попробовал сфотографировать местные дос'
    топримечательности цифровым фотоаппаратом, но снимки не получились.
    Нужно в следующий раз брать с собой обыкновенный плёночный "Кодак”,
    у которого спуск и затвор работают одновременно.
    На подъезде к Змеиногорску на левой стороне я увидел указатель "Ру'
    довозово”, и мысли вновь вернулись в далёкое прошлое. Мы ехали по доро'
    ге, что очень долго связывала Рудный Алтай с Сибирью и далее с Уралом,
    Томском, Москвой и Санкт'Петербургом. А сколько знаменитых путеше'
    ственников оставило на ней свой след! Вот только короткий перечень учё'
    ных с мировым именем: географы — Пётр Паллас, Пётр Семёнов'Тян'
    Шанский, Василий Сапожников, ботаник Карл Ледебур, зоолог Альфред
    Брем, естествоиспытатель Александр Гумбольдт, писатель Джорд Кенан.
    Проезжал здесь и генерал'губернатор Сибири Михаил Сперанский.
    На российской таможне проблем не возникло, и вскоре мы свернули
    с гладкого асфальта, который обрывался возле стелы с надписью "Россий'
    ская Федерация”. Повиляв среди сопок, поднялись по крутому подъёму,
    притормозили у шлагбаума и с тоской увидели подъехавший автобус рей'
    са "Усть'Каменогорск — Барнаул”. Пришлось около часа ждать, пока об'
    служат пассажирский транспорт. Благодаря задержке, перекусили и выш'
    ли размяться на свежий воздух. Справа от таможни бульдозеры, погруз'
    чики и большегрузные самосвалы вели трассу нового подъезда к тамож'
    не, минуя неудобный подъём. Видимо, новая дорога соединится с шоссе,
    что обрывалось на выезде из России. Долго ли, коротко, но через полтора
    часа мы въехали на территорию Казахстана.
    Приближались родные места, и погода, словно по заказу, стала улуч'
    шаться. Иногда сквозь тучи даже проглядывало солнце. После Шемонаихи и
    Верх'Убы проехали знакомые увалы, кое'где дорога блестела новым асфаль'
    том. Это вселяло надежду, хотя дорожники вряд ли к зиме управятся с ремон'
    том. Ближе к Секисовке на обочинах стали появляться стоявшие автомоби'
    ли, а в лесополосах группы грибников, значит дождя не было с утра.
    Родной город встретил нас покрытыми снегом белками и слухами о
    надвигающемся мировом финансовом кризисе.
    Уже после приезда, размышляя о нашей поездке, я понял, насколько
    тесно связаны Рудный Алтай, да и весь Казахстан с моей исторической ро'
    диной. Наш путь из Риддера до Барнаула всё время напоминал об этом. Все
    мы варились в одном котле более двух с половиной веков, а особенно в совет'
    ское время, поэтому наши радости и горести так похожи. У всех националь'
    ностей, не только у русских, но и у казахов, татар, немцев в России живут
    родственники, друзья, существование без которых мы не можем себе пред'
    ставить. И когда у северного соседа дела идут хорошо, мы с надеждой смот'
    рим на него, зная, что и у нас будет так же. Хочется верить, что когда в буду'
    щем исчезнут войны, нищета, наркотики, контрабанда, границы станут не
    нужны. Но это уже забота будущих поколений.
    г. Риддер
    Восточно_Казахстанской обл.
    Категория: Параллели и меридианы | Добавил: Людмила (17.05.2010)
    Просмотров: 1181 | Теги: К. Первушин | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Нас считают
    Наши комментарии
    Очень красивое стихотворение. Мы с моим учеником написали музыку к этому стихотворению и будем исполнять как песню. biggrin
    Спасибо автору! Вас обязательно укажем!

    Совершенно согласен с Вами, страданию творческих людей нет предела. Глобализация и потребл....ство перечеркнуло прошлое. Настоящих Поэтов еденицы. По большому счёту правят бал графоманы, а посему     в память о сегодняшней дате 25 августа, ДЕНЬ СМЕРТИ ВЛАДИМИРА РОМАНОВИЧА, предлагаю стихотворение замечательного Каинского (г.Куйбышев) Новосибирская область Василия Закушняка.

    ПОСЛЕСЛОВИЕ

    Земные радости познавший,
    Осенней тихою порой,
    Однажды я листвой опавшей
    Найду приют в земле сырой.
    Пришёл я в этот мир с любовью:
    Мир невозможен без любви!
    Мне будут петь у изголовья
    В загробной жизни соловьи.
    Святыми всеми заклинаю:
    Я этот мир до слёз люблю!
    Любя, простишь меня, родня.
    Любя мы встретимся в Раю.
    Творец, заслышав песню эту,
    Благословит последний путь.
    Всего- то надобно поэту
    Свеча, да ладанка на грудь.
    Когда Покров безмолвно ляжет,
    Листвой опавшей стану я.
    Пусть будет пухом мне лебяжьим.
    Святая Русская Земля.
    Всё так естественно и просто,
    Как беглый взгляд со стороны.
    Путь от рожденья до погоста,
    От крика и до тишины...

         С уважением, Сергей

    Здравствуйте, уважаемые! Прошу прощения, у видео нет звука, а очень хотелось бы послушать, о чём говорил Поэт. Не могли бы Вы перезагрузить видеоролик? С уважением, Сергей.

    Хороший стих. Но есть маленькие проблемы. Третья строка "Но слезы душат и никак" что НИКАК? не понятно... В строке "Другие руки тЕбя ждут," сбой ритма. С ув. Олег

    Хорошая песня получилась, Надежда. Вот только маленькая помарка бросается в глаза. Сбой ритма в строчке "ТвОи дни, с другою разделенные," поменяйте местами "Дни твои, с другою разделенные," и всё встанет на места. С ув. Олег

    Рад Вашему визиту.

    Спасибо Людмила. Извините за поздний отклик.

    Спасибо большое. Я очень рада! Спасибо руководителям сайта за возможность дарить стихи!!!

    Спасибо, Надежда. понравилось. Как это знакомо...

    На свете ничего не возвратить назад..Увы!..Как здорово у вас все это подмечено..Понравилось..Мое..и как у меня..(про живу..))

    Наш сайт
    Copyright Журнал "Нива" © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz