Вторник, 21.11.2017
Памяти Владимира Гундарева
Меню сайта
Категории раздела
Проза [82]
Поэзия [107]
Документальная проза [29]
К 65-летию Великой Победы [9]
Культура. Общество. Личность [36]
Публицистика [0]
Далёкое — близкое [9]
Времён связующая нить [4]
Критика и литературоведение [22]
Искусство [24]
В семейном кругу [21]
Детская комната «Нивы» [2]
Публицистика [15]
Cатира и юмор [10]
Наследие [9]
Актуальный диалог [1]
На житейских перекрестках [12]
Приключения. Детектив. Фантастика [25]
Наш общий дом [15]
Из почты "Нивы" [9]
Философские беседы [2]
Летопись Евразии [8]
Параллели и меридианы [8]
Природа и мы [6]
Краеведение [5]
Слово прощания [1]
Горизонты духовности [6]
История без купюр [5]
Творчество посетителей сайта [55]
Здесь вы, посетители сайта, можете опубликовать свои произведения.
Стихи Владимира Гундарева [5]
Проза Владимира Гундарева [4]
Форма входа
Наш опрос
Что вы думаете о русской литературе в Казахстане?
Всего ответов: 246
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • Литературный дом Алма-Ата

  • Облако тегов
    Поиск
    Translate the page
    Главная » Статьи » Проза

    Л. Костевич. Все совпадения случайны. Роман о лицах
    № 1 2010

    Леон Гельевич КОСТЕВИЧ
    родился 18 декабря 1968 года в Грозном. В трёхлетнем возрасте был привезён родителями в Алма'Ату.
    Окончил филологический факультет педагогического института (КазПИ). Два года работал в школе учителем русского языка и литературы. После занялся журналистикой.
    Прозу пишет 17 лет. Печатался в "Просторе”. В 2008 году был удостоен "Русской премии” за повесть "Графиня, я стрелялся на дуэли” (2'е место в номинации "Малая проза”), опубликованную в "Ниве” (№ 2 за 2007 г.).

    Роман о лицах


    Моим детям — Марии и Даниилу
    Японский дипломат стоял в двух шагах от казаха.
    Оба молча смотрели друг на друга. У них были
    совершенно одинаковые чуть сплющенные лица,
    жёсткие усы, жёлтая лакированная кожа и глаза,
    припухшие и неширокие. Они сошли бы
    за близнецов, если бы казах не был в бараньей шубе,
    подпоясанной ситцевым кушаком,
    а японец — в сером лондонском костюме, и если бы
    казах не начал читать лишь в прошлом году,
    а японец не кончил двадцать лет назад двух
    университетов — в Токио и Париже.
    (И. Ильф, Е. Петров "Золотой телёнок”)

    — ... Я могу дать вам не полтора миллиона, а пять, — предложил сце'
    нарист американцу. — И не долларов, а евро.
    Табашников говорил долго. Развернувшись на сиденье к Рэйнуотеру,
    уверенно чеканил фразу за фразой. Лицо охотника за сокровищами из
    удивлённого стало внимательным, брови сползлись к переносице. Он за'
    думчиво произнёс:
    — Какая слякотная весна в Москве. Юджин, повторите ещё раз —
    если я приму ваше предложение, что придётся делать именно мне?
    — В том'то и дело, что ничего! — заверил Женя, переполненный внут'
    ренним ликованием двоечника, вытянувшего на экзамене билет с лёгким
    первым вопросом. — Идёте в помещение охраны, надеваете форму, полу'
    чаете оружие, потом вместе со всеми садитесь в машину.
    — Но я не говорю по'русски.
    — Деньги повезут утром, почти сразу после того, как вы придёте в
    банк. До этого будете держаться подальше от всех. На крайний случай вас
    подстрахует наш парень.
    — Это серьёзное преступление, — вздохнул американец. — Когда вы
    начали говорить, я решил, что слушаю шизофреника. Задумался, как бы
    похитрее сбежать. А потом увидел, вы предлагаете просто ноу'хау. Может
    получиться. Ну а что будет, если не получится?
    — Ничего! Если вас раскроют, пока вы на территории банка, преступ'
    ления ещё нет — деньги на месте. Что вам предъявят? Что хотели ограбить
    банк? С таким же успехом вас могут обвинить в намерении взорвать Пен'
    тагон.
    — Это как раз реально. Скажут — продался террористам. Появится
    повод лишний раз где'нибудь выгодно позащищать интересы США. А если
    нас арестуют с деньгами?
    — Не арестуют. Если машине дадут выехать, в запасе сразу появится
    минимум сорок минут. За это время я вас встречу, мы перегрузим мешки,
    и дальше искать станут уже настоящих инкассаторов. Не вас. Всё будет
    весело и беззаботно.
    — Merrily and carelessly? — повторил Томас. Закатив глаза, он поше'
    велил губами. — Получается, я смогу оснастить яхту лучше, чем предпола'
    гал, и отплыть где'то в июне. Вы такой же авантюрист, как и я, Юджин.
    Давайте попытаемся.
    ***
    Эту идею, изменившую отношение людей на планете к самим себе и
    друг к другу, полноватый рыхлый автослесарь из Алма'Аты Андрей Кар'
    лин носил в голове без малого три десятка лет. Если кто не знает, назван'
    ный город знаменит тем, что там во время войны великий Эйзенштейн
    снимал своего "Ивана Грозного”, а чуть позже родился зело одиозный по'
    литик Жириновский. И то, и другое, бесспорно, явления планетарного
    масштаба, но до замысла, о котором мы говорим, явно не дотягивающие.
    Озарение снизошло на Карлина во время учёбы на мехмате, но тогда,
    в начале восьмидесятых, для практического воплощения его фантазии
    просто не существовало технических возможностей. Она виделась Анд'
    рею лишь интересной игрушкой, которой приятно занять себя на скуч'
    ных лекциях. А потом стало не до того: сначала аспирантура, потом же'
    нитьба, за ней развод, позже — развал Союза и сокращения в университе'
    те, где он читал лекции. Однако в то время как техническая интеллиген'
    ция сочла за благо залечь в немом протесте на диваны, повиснув на шее у
    родни, Карлин, включив свои недюжинные мозги, освоил ремонт ходовой
    части автомобиля и устроился на СТО. Вскоре способный новичок уже мог
    устранить самую хитромудрую поломку любого железного коня, и на авто'
    сервис, где он работал, в очередь стали записываться за месяц вперёд.
    Замысел пока ржавел в гараже памяти. Что'то всегда удерживало
    Карлина от того, чтобы поделиться своим изобретением, он словно берёг
    идею про чёрный день.
    Нельзя сказать, что в его жизни такой час настал. Просто ставший
    прибыльным автосервис перекупил какой'то дальний'предальний срод'
    ник большого'пребольшого казахстанского политика. Набрав туда своих
    ни бельмеса не смыслящих в машинах родственников, новый хозяин зад'
    рал цены. Когда родственники за месяц починили два "Лэндкрузера” и
    "Хаммер” так, что хозяева машин подали на СТО в суд, к ним перестали
    ездить. Карлин стал присматривать новое место.
    Леон Костевич
    15
    Вытащив в один из дней невольного безделья старую мысль на свет,
    Андрей осознал — если не попытаться её реализовать, она состарится вмес'
    те с ним, как приевшаяся за годы жена, и они умрут в один день. А оставше'
    еся время он так и проведёт в своей малогабаритной однокомнатной кварти'
    ре с милыми холостяцкими радостями в виде курицы'гриль на ужин или
    очередной подружки, подцепленной в ходе починки её паркетного джипа. За
    долгое время ты просто привык к замыслу, говорил себе автослесарь, а это
    капитал, он не должен лежать под спудом. На Карлина через много лет напа'
    ла паранойя: ему казалось, если он продолжит бездействовать, то же самое
    родит кто'нибудь менее инертный, не такой ленивый. Вдруг уже сейчас,
    именно в этот самый момент один из шести с лишним миллиардов живущих
    на Земле людей воскликнул "Эврика!” и побежал оформлять права на его,
    Андрея Карлина, сокровенное. Он думал об этом постоянно — за обедом, пе'
    ред сном, просыпаясь ночью, читая объявления о вакансиях.
    На работе, вдруг перестав слушать клиента, механик всё чаще вмерзал
    задумчивыми глазами в висевший рядом с электроподъёмником плакат о
    необходимости своевременной замены масла. "Скажите, — робко вопрошал
    тем временем лысый дядечка, — это весь мотор менять надо? Мы с сыном
    ехали, а стрелка температуры вдруг ушла в красную зону. Я остановился,
    стал на коллектор водой поливать. Потом тихонько до дома доехал...”. На'
    ткнувшись вместо ожидаемых разуверений на озадаченное карлинское лицо,
    дядечка тоном приговорённого повторял: "Мотор менять, да?..”. "Не забивай'
    те вы себе голову чем попало! — всплывал на поверхность Андрей. — Тут ре'
    мень порвался, который крутит помпу, гидроусилитель руля и генератор.
    Надо менять ремень, прокладку и антифриз!”. Лысый на глазах оживал. Зато
    Карлин из улыбчивого жизнерадостного человека стал превращаться в мрач'
    ного типа — "типка”, как говорила их востроносенькая приёмщица Лора.
    Мысли о том, что его могут опередить, измотали механика. Отпросившись на
    неделю у начальства, он купил авиабилет на московский рейс.
    Механик был убеждён — ему решительно нужен кто'то с "первой кноп'
    ки”: и заплатят больше, и перспективы шире. Реализацию своей идеи он
    представлял в виде грандиознейшего реалити'шоу. О том, чтобы предло'
    жить её местным телеканалам, не могло быть и речи. Если россияне пек'
    ли программы по западным лицензиям, то по крайней мере вбухивали
    туда приличные деньги. Карлинские же соотечественники драли уже у
    своих российских коллег, а денег вкладывали на порядок меньше.
    Конечно, россияне недостатка в реалити'шоу не испытывали — их
    могло бы выходить и поменьше. У Андрея создалось впечатление, будто
    концепции большинства подобных зрелищ высасываются из пальца на'
    сильственно — сдохни, но сделай. Надуманные ситуации, несимпатич'
    ные ведущие, плохие актёры. То, что собирался предложить он, должно
    было затмить всё и вся. Отправляясь в Москву, Андрей надеялся вернуть'
    ся небедным человеком.
    Автослесарь храбрился. Не теряя веры в гениальность замысла, он пони'
    мал — не так'то просто человеку с улицы, да ещё из Тмутаракани, без зна'
    комств и рекомендаций, выйти на влиятельных персон российского телеви'
    дения. А выходить надо обязательно напрямую, без всяких третьих лиц, иначе
    идею как пить дать замылят — такую не стащить грешно. Заранее озаботив'
    шись регистрацией авторских прав, он оформил кое'какие бумаги, хотя и по'
    нимал — хорошие юристы за деньги делают чудеса на уровне Питера Пэна.
    Все совпадения случайны
    16
    Карлина щекотали амбиции. Он представлял своё имя в титрах, а
    себя раздающим интервью. В мыслях рисовал, как даст на работу теле'
    грамму: "Увольняюсь по собственному. В расчёте не нуждаюсь”. На кой он
    нужен, их нищенский расчёт, когда продукт его интеллекта стоит таких
    денег! Не представляя пока точной суммы, он знал — там должно быть
    много нулей. И лучше, конечно, не продавать права полностью, а огово'
    рить проценты с каждой ерунды, с каждой мелочи, связанной с его За'
    мыслом. Именно так, с большой буквы, мысленно величал он свою идею.
    В самолёте Карлин рисовал себе, какой фурор произведёт его триумф
    среди знакомых в Алма'Ате. И особенно как пожалеет востроносая дуроч'
    ка Лора. Почему нельзя жить нерасписанными? Многие так живут. "Нет,
    ты меня бросишь, и кому я потом буду нужна?”. Да я, если захочу, и со
    штампом в паспорте тебя брошу!
    Устроившись в гостинице, Карлин сразу отправился искать телецентр.
    Добрался с пересадками на трамваях до остановки "Останкино”. Перейдя
    через дорогу перед главным входом в парк, свернул налево, засмотрелся
    на усадьбу Шереметьевых. Проходя мимо церкви и церковной лавки, пере'
    крестился, имея в виду успех предприятия, оставил позади Останкинс'
    кий пруд и узрел телецентр. Не имея никаких зацепок, действовать решил
    напрямую, рассудив логически — должны ведь необходимые ему люди
    появляться в этом здании: не по воздуху же они туда проникают.
    У центрального подъезда телецентра алмаатинец приуныл — так
    много толпилось здесь всякого рода жалобщиков, просителей и просто охот'
    ников за автографами. Время от времени мимо как можно быстрее стара'
    лись прошмыгнуть узнаваемые журналисты, телеведущие или пригла'
    шённые в эфир знаменитости.
    На проходной зажали ведущего передачи "Человек и закон”. Борясь
    за внимание пленника, ему наперебой пихали официальные бланки с
    печатями, периодически восклицая одни и те же слова: "взятка”, "адво'
    кат” и "обжалование”.
    Пройдясь вдоль здания, Карлин понаблюдал, как у семнадцатого
    подъезда воинственный дед, одетый в мятые брюки и линялую гимнастёр'
    ку, требовал встречи с руководством Первого канала, грозя устроить самосо'
    жжение. Да, шансов, что его воспримут всерьёз, у Андрея было негусто. По'
    этому он постарался составить свою речь как можно короче и убедительнее.
    Ему повезло уже на следующий день. В обед около него остановилась
    чрезвычайно дорогая машина, откуда с небольшой компанией появился
    продюсер "первой кнопки”. Собираясь в Белокаменную, Карлин на вся'
    кий случай ознакомился в Интернете с внешностью большинства россий'
    ских теленачальников, но этого хорошо знал и так — часто видел его сидя'
    щим в жюри КВН. Глядя себе под ноги, продюсер слушал шедшего рядом
    человека в плаще. Тот говорил, эмоционально рисуя перед собой в воздухе
    руками геометрические фигуры. До подъезда "Останкино” оставалось всего
    ничего, а когда может представиться следующий случай, Карлин не знал,
    поэтому, смело шагнув навстречу объекту, поздоровался и произнёс пер'
    вую из заготовленных фраз: "У меня есть идея теле'шоу, каких ещё нигде
    не существует: оно основано на том, что...”. Остановившись, продюсер оза'
    даченно посмотрел на Андрея. Возможно, он просто был воспитанным
    человеком или его смутил хороший костюм автослесаря, специально куп'
    ленный перед поездкой. Эмоционально говоривший собеседник продюсера
    Леон Костевич
    17
    осёкся. Ободрённый успехом, Карлин начал было ковать железо, но чело'
    век в плаще, не церемонясь, взял члена жюри КВН под локоть: "Просто
    скажи "да” или "нет”: мне нужно им позвонить и дать ответ”. Поморщив'
    шись, продюсер снова повернулся к своему клеврету: "Юзик, как я скажу
    "да” или "нет”? Я не могу на бегу такие вещи решать. На минуточку, если
    мы это сейчас поставим в сетку, нам потом год расхлёбывать”. Боясь упус'
    тить шанс, механик выставил ладони на уровне груди: "Уделите мне всего
    десять минут, и вы убедитесь...”. Распорядитель Первого канала, сделав
    знак человеку в плаще секунду подождать, повернулся к Карлину:
    — Извините, я уже всё понял. То, о чём вы говорите, давно существует.
    — Вы же не слушали!
    — В другой раз.
    Отодвинув механика чуть в сторону, продюсер со свитой двинулся ко
    входу в здание. Карлин смотрел, теперь уже со спины, как, скрываясь за
    дверью, "плащ” продолжает резать рукавами воздух.
    На следующий день Карлин хотел повторить попытку, но продюсер
    "Первого”, узнав его издали, отрицательно замахал головой и что'то ска'
    зал сопровождающим. Андрей не решился подойти снова. Далёкий от те'
    левидения человек, он не знал, какую прорву вздора ежедневно приходит'
    ся выслушивать телебоссам. И весь этот вздор породившим его кажется
    свежим и талантливым.
    Почти такая же история вышла у Карлина и с исполнительным ди'
    ректором Второго телеканала. Судя по некоторым признакам, директор
    сразу был настроен скептически: не вникнув в суть, сразу стал произно'
    сить дежурные фразы и не скрывал желания поскорее отделаться. "Пони'
    маете, — нехотя тянул он, — конечно, при наличии государственного фи'
    нансирования мы позволяем себе ряд проектов, которые не обязательно
    основаны на получении коммерческой прибыли. Но сейчас не совсем удач'
    ный для этого момент. Давайте выждем полгодика, и вы обратитесь с офи'
    циальным запросом? А сейчас, простите, бегу, бегу”.
    После провинциальной, немного сонной Алма'Аты Андрей удивлялся
    занятым, торопливым москвичам. С примесью обиды объяснял себе, сколько
    может стоить минута времени небожителей, которых он пытается отловить.
    Всё случилось на исходе первой недели его пребывания в городе Мос'
    кве. К тому времени он успел познакомиться с такими же, как сам, посто'
    янно осаждающими телецентр страждущими. Особенно запомнились ему
    пожилая воркутянка, задавшаяся целью пригласить непотопляемую про'
    грамму "Пока все дома” в гости к одному превосходному актёру воркутинс'
    кого драмтеатра, и прыщавый оболтус со старомодными взглядами из
    Хабаровского края, мечтавший поцеловать руку Ксюше Собчак.
    Решив, что в этот день ему ничего уже не светит, механик не торопясь
    отправился в гостиницу. Шёл, дыша запахами бабьего лета, любуясь ка'
    чающимися в лужах сухими листьями. Он хотел идти, пока не устанет:
    жаль было тратить удивительный вечер на толкотню в транспорте. Мимо
    в спускавшихся сумерках проносились машины, пробегали не замечаю'
    щие окружающей благости прохожие.
    Человека, бесновавшегося на обочине у разверстого капота "Лексуса” пос'
    ледней модели, Карлин тоже хорошо знал по экрану. Вокруг машины скакал
    глава телекомпании "Лира'ТВ” Константин Юрьевич Мамкин, одновременно
    ведущий на своём канале политизированное ток'шоу "Золотые слова”.
    Все совпадения случайны
    18
    Отчество, к слову, ему не шло — в без малого сорок Мамкин смотрелся значи'
    тельно моложе. Карлин, всегда выглядевший на свои, с завистью отмечал тен'
    денцию последних десятилетий, когда многие его ровесники казались маль'
    чиками. Чем сие объясняется, он не понимал — возможно, повышением уров'
    ня жизни и возросшей как следствие инфантильностью сильного пола. Анд'
    рей хорошо помнил своего отца и его друзей — уже в тридцать это были семей'
    ные рассудительные мужчины, — с серьёзными лицами, животами и обозна'
    чившимися лысинами, поголовно носившие костюмы и галстуки. Зато жен'
    щины по наблюдениям Карлина взрослели и старились как прежде. Очевид'
    но, мир и верно придуман сильной половиной человечества, с годами облег'
    чившей часть деятельности, традиционно считавшуюся мужской.
    Прекратив скакать, Константин Юрьевич извлёк из жёлтого пижонского
    портфеля сотовый телефон, словно давая Андрею возможность ещё раз про'
    крутить на языке заранее подготовленную речь. Правда, "Лира'ТВ” не при'
    надлежала к первому эшелону российских телеканалов, о которых мечтал ав'
    тослесарь. Не принадлежала она и ко второму. Мамкин сидел на средних по'
    зициях. Но сидел крепко, то выстреливая сериалом, неожиданно для всех за'
    воёвывавшим всенародную любовь, то запуская сильный социальный проект.
    "Пока мы живём в России, — любил повторять он, — у хорошей социалки всегда
    будут рейтинги”. И если бы не патологическая жадность, заставляющая Кон'
    стантина Юрьевича экономить на всём подряд, он наверняка потеснил бы и
    ОРТ, и РТР. Тем более что опыт, начиная в одно время с ними, имел.
    При СССР Костин папа заведовал секцией детской одежды одного из
    крупных московских универмагов. Тем, кто застал времена проклятого
    тоталитаризма, понятна степень влияния, которой обладал Мамкин'стар'
    ший. Благодаря связям, он мог подтолкнуть мальчика хоть в дипломатию,
    хоть в большую торговлю. Но самостоятельный сын выбрал журфак — в
    семье не без урода. Годы учёбы пришлись на начало девяностых, совпав со
    страшным бардаком в стране. Положение папы пошатнулось. Стремясь
    обезопасить свои сбережения, на часть из них он купил сыну телеканал.
    Точнее, частоту и передатчик. Окружающие шутили, что пока Костя был
    маленький, отец приносил ему зайчиков и кубики, а теперь пришёл черёд
    игрушек подороже. Но как оказалось впоследствии, это было единственно
    верное папино вложение: основанный им банк лопнул, а купленные цен'
    ные бумаги превратились в бумаги обычные.
    Зато журналистом Костя оказался талантливым, если только слово
    "талант” может сочетаться с такой профессией как журналистика. Неза'
    долго до окончания вуза женившись на девушке по имени Лира, парящий
    на крыльях любви Мамкин не нашёл препятствий к тому, чтобы назвать в
    её честь новорождённое акционерное общество, а вскоре и сам канал.
    "Лира'ТВ” начиналась на обычных вэхаэсных магнитофонах. Мон'
    тировали как умели. Ютились все в одной комнатёнке — и начальство, и
    бухгалтер, и журналисты, и оба водителя. Первый "Бетакам” обмывали
    неделю. Подавали себя как молодёжный канал. В редакции толклись пред'
    ставители всех направлений тинэйджерской субкультуры.
    Однако скоро Мамкину стало тесно среди хиппи и металлистов —
    захотелось в истеблишмент и политику. Сбрив густые пшеничные усы, он
    стал якшаться с ньюсмейкерами экономических изданий.
    Тою же порой у хозяина "Лира'ТВ” стали отмечаться первые признаки
    скаредности, быстро ставшей его визитной карточкой. В профессиональных
    Леон Костевич
    19
    кругах шутили — если случилось так, что вам не о чем поговорить с челове'
    ком, работающим на "Лире”, а беседу поддерживать надо, скажите что'ни'
    будь вроде "А вот ходят слухи, ваш Мамкин не очень любит платить...”. И в
    ближайшие полчаса вам не дадут слова вставить. Костя мог закатить на'
    чальнику отдела новостей истерику за внепланово выписанные внештатни'
    ку сто долларов гонорара, а на следующий день за девяносто тысяч купить
    последнюю модель BMW; искать для ребёнка дешёвую няню в Подмосковье,
    проигрывая тридцать тысяч "зелёных” за ночь в казино. Не допуская и мыс'
    ли экономить на престиже, он сам контролировал всю бухгалтерию. Умуд'
    рялся находить плюсы в любом негативе. Удручённо объявлял журналисту,
    вышедшему на работу после недельного запоя: "Прости, старик, но четверть
    зарплаты в этом месяце я у тебя удержу”. Выработал систему — предмет соб'
    ственной гордости: поставив во главе отдела крепкого профессионала, кото'
    рому платил относительно приличные деньги, окружал его середняками,
    согласными работать чуть ли не за так. Требуя, чтобы начальник отдела прес'
    совал середняков как семечки подсолнечника при холодном отжиме, доса'
    довал на качество телепрограмм, не дотягивающее до CNN. "Да ты за копей'
    ку Жанну Д’Арк сожжёшь!” — не сдержался как'то один из старейших со'
    трудников канала. Костя его уволил.
    Забурев, Мамкин не хотел себе в этом признаваться. Он позициони'
    ровал себя молодым перспективным бизнесменом, болеющим душой за
    Россию. Над его столом в кабинете висела большая фотография: прези'
    дент пожимает главе "Лира'ТВ” руку, вручая почётный диплом. Костя хо'
    тел оставаться своим парнем — к нему мог зайти любой сотрудник кана'
    ла. Некоторым из тех, с кем когда'то начинал, он купил квартиры. Одно'
    комнатные, самые дешёвые, в районе Южного Бутова, но купил. И привя'
    зал ими ребят к "Лире”, как крепостных.
    От рутины бизнеса Костю снова потянуло к творчеству, за которое он
    искренне почитал журналистику. По субботам (само собой, в прайм'тайм)
    он вёл ток'шоу "Золотые слова”, где обсуждались, применяя его же штамп,
    актуальные проблемы жизни страны. Звал преимущественно видных
    представителей власти и авторитетных политологов. Но самые значитель'
    ные персоны российской политики хоть и принимали приглашение, хозя'
    ина студии не уважали: чрезмерно подлаживаясь под них, Мамкин слиш'
    ком страшился задавать острые вопросы. Коллеги же, интересующиеся в
    первую очередь профессиональной стороной дела, как ведущего называ'
    ли Мамкина "мёртвым” за всегдашнюю боязнь перебить сиятельного ви'
    зави в прямом эфире, отчего беседа теряла темп, и ток'шоу выходило вя'
    лым, как секс после шестидесяти пяти. Хотя внешне Костя вёл себя дос'
    тойно: удобно расположившись перед камерой в костюме от Армани, по'
    нимающе щурил глаза и многозначительно кивал.
    Отняв от уха мобильник, Мамкин сунул его обратно в карман жёлтого
    портфеля. Посмотрев на часы, пнул по колесу "Лексуса”.
    Карлин всё взвесил. То, что это не ОРТ и даже не РТР, конечно, кисло,
    но неделя дежурства у телецентра пропала. Где гарантия, что так не пой'
    дёт и дальше, а с работы его отпустили ненадолго.
    — Машина сломалась, Константин Юрьевич? — как с вышки в воду
    шагнул Андрей навстречу Мамкину.
    — Вечер добрый, — буркнул телевизионщик. — Вы у меня работали?
    — Нет, просто вас по телевизору видел. Так что случилось?
    Все совпадения случайны
    20
    — А вы разбираетесь?
    — Есть маленько.
    — Встала, проклятущая, и не понятно, какого рожна ей надо. Телега'то
    новая практически... — Константин Юрьевич сразу сменил тон на искатель'
    ный: он опаздывал на эфир "Золотых слов”. Уволив очередного водителя, не
    желавшего за игрушечную зарплату ночь'полночь дожидаться шефа из ка'
    баков и боулингов, Костя всё никак не мог подобрать нового и рулил пока сам.
    Карлин нагнулся над двигателем. Владыка "Лиры'ТВ” мешал рядом.
    Механик вылез из'под капота, обошёл автомобиль:
    — Вам кто'то дешёвый бензин заливал, Константин Юрьевич, в баке
    сетки на насосе забились.
    — Что же... у меня времени нет, но я же не могу машину бросить...
    Карлин открыл заднюю дверь "Лексуса”:
    — Вот тут под сиденьем отверстие специальное есть, насос надо снять
    и прочистить сетки. У вас инструменты с собой?
    — Кажется, там, в багажнике.
    Андрей справился быстро. Двигатель работал тихо и ровно.
    — Да вы просто Генри Форд какой'то! — обрадовался Мамкин. — Где
    вы работаете?
    — Преподаю на мехмате, — солгал Карлин.
    Оба помолчали.
    — Сколько я должен? — в интонациях Кости сквозила надежда на
    ответ "вы меня обижаете”.
    — Десять минут вашего времени. Я хочу, чтобы вы меня выслушали.
    — Я спешу в "Останкино” — нам по пути?
    Автослесарь сел в машину.
    — У меня есть идея шоу, каких ещё не существует нигде на всём зем'
    ном шаре, — выпалил он, когда "Лексус” тронулся с места.
    Мамкин не смог сдержать улыбки.
    — Сейчас я докажу, что вы улыбаетесь зря. — Перепутав от волнения
    последовательность тезисов своей грамотно составленной речи, Карлин
    просто старался ничего не забыть. — В мире существует много конкурсов
    двойников, которые вызывают огромный интерес и приносят их органи'
    заторам сверхприбыли. Это так здорово — быть похожим на Бэкхема или
    Элвиса Пресли: двойников показывают по телевизору, их фотографии пе'
    чатают в газетах. А что делать тому, кто не похож ни на кого из знаменито'
    стей? Ждать, пока прославится похожий на него человек? На Земле полно
    людей, не обладающих никакими талантами: им очень скучно живётся и
    до смерти хочется раскрасить свою серую жизнь!..
    По мере того как механик разгорался, лицо Мамкина становилось
    строже. Припарковав машину на стоянке телецентра, он спросил:
    — Как вы, говорите, вас зовут? Андрей? Андрей, у вас есть два часа?
    Автослесарь кивнул.
    — Видите тот подъезд? Вот ровно через два часа ждите меня там. Мы
    поедем ко мне в офис и поговорим.
    Хозяин "Лиры” лукавил. Из того, что Карлин успел сказать по дороге,
    Константин Юрьевич понял — случайный человек, приехавший оттуда,
    куда раньше ссылали людей и где по семейному преданию рода Мамки'
    ных, а именно в АЛЖИРе, сгинула сестра его деда по материнской линии
    Лукерья Егоровна, нежданно'негаданно привёз ему славу, запредельные
    Леон Костевич
    21
    рейтинги и столько денег, сколько, возможно, никогда не пригодится ни
    ему, Косте, ни его детям, ни внукам.
    Константин Юрьевич думал об этом, идя по коридорам телецентра.
    Думал, сидя на гриме. У него даже подскочило давление.
    В этот вечер эфир вышел особенно неудачным. Вяло пикируясь со
    знаменитым депутатом Думы, а по сути играя с ним в поддавки, Мамкин
    перепутал объёмы российского экспорта леса, а цитируя Путина, назвал
    его Владимиром Александровичем. Когда камеры выключили, Костя, не
    попрощавшись с гостем, бросился из студии.
    Карлин ждал его у подъезда. Никуда не отлучаясь, все два часа проша'
    гал до автостоянки и обратно. Он с утра ничего не ел. Нащупав в кармане
    кулёк привезённой из Алма'Аты кураги, помял одну янтарную лепёшку в
    пальцах. Вынул, положил на ладонь. Курага напоминала кожу на локтях.
    Пробыв в Москве всего неделю, Андрей заскучал по городу, где родил'
    ся. Он неожиданно понял — Алма'Ата всегда казалась ему сшитым по росту
    костюмчиком. С Москвой, если всё сложится удачно, и он сможет сюда пе'
    реехать, такого не произойдёт. Москва — костюм солидный, сшитый по моде:
    широкие брюки, подложные плечи. В таком он станет ощущать больше са'
    моуважения, но чувствовать себя удобно — нет. Сейчас в Алма'Ате тёплая
    осень. Парк двадцати восьми гвардейцев'панфиловцев, который он всегда
    называл "двадцати восьми гвардейцев'однофамильцев”, по щиколотку усы'
    пан ярко'жёлтой листвой. На каждом углу продают арбузы. Андрей всегда
    приносил домой самые сладкие, потому что не корчил из себя знатного
    бахчевода'орденоносца, щёлкая арбуз по полосатому боку и яростно сжи'
    мая его около уха, а подкупающе признавался продавцу: "Я ничего в них не
    понимаю, выберите мне, пожалуйста, самый хороший...”.
    — Устали, говорите? — участливо спросил его появившийся из подъез'
    да Мамкин. — Извиняйте, такая работа.
    Когда они попали в офис "Лиры'ТВ”, стоял поздний вечер. В холле торчал
    равнодушный охранник, секретарша давно ушла домой. Генеральный дирек'
    тор канала сам налил в чашки кофе, поставил на стол вазочку с печеньем:
    — Так на чём мы, говорите, остановились?
    — Я очень волнуюсь, — не стал скрывать Карлин. — Если вы не про'
    тив, можно я начну с начала?
    ***
    Женя Табашников обожал смотреть, как собаки занимаются тем,
    ради чего их, в общем, и выводят каждый день на прогулку. Это не было у
    него одним из многочисленных, подробно описанных в медицинской ли'
    тературе извращений: просто Табашников любил собак.
    Делая вид, будто остановился оглядеться, он наблюдал за долго выби'
    равшей место и наконец присевшей у трансформаторной будки таксой. Он
    давно подметил — в такие моменты на морде любой псины, независимо от
    породы, возраста и темперамента, написано понимание того, что всё в мире
    тлен и суета. Даже самая злющая, свирепая особь, по которой плачет эсэсов'
    ский питомник, хоть на десять секунд да осознаёт — годы кинологической
    муштры отняли у неё всё человеческое и разрушили её как личность.
    Но утомлённый ожиданием своей нерешительной питомицы хозяин
    таксы, в трико и с обмотанным вокруг ладони поводком, похоже, созерцал
    процесс в менее философском настроении.
    Все совпадения случайны
    22
    Невдалеке от трансформаторной будки стоял узкий шестнадцати'
    этажный дом, облицованный коричневой плиткой. В этой башне в отда'
    лённом районе Москвы прошла большая часть Жениной, не очень ему са'
    мому нравившейся, жизни. Когда Табашникову было четыре года, отцу
    дали тут квартиру от Завода никому не нужной продукции, переманив с
    прежнего места работы на должность главного инженера. Квартира'то и
    стала для отца решающим фактором — прежде они стукались лбами с
    соседями по коммуналке. А Заводом никому не нужной продукции отцов'
    ское предприятие стал именовать Женя, когда, повзрослев, научился не'
    много разбираться в окружающей действительности. Выпускаемое там
    непотребство не шло дальше магазинных прилавков. При этом рабочие с
    энтузиазмом первых пятилеток боролись за качество, индустриальный
    гигант мёртвой хваткой удерживал переходящее Красное знамя, а сам
    папа был без дураков грамотнейшим специалистом.
    Башню завод построил для своих тружеников, и Женя с младых ног'
    тей имел роскошь человеческого общения с передовым классом советско'
    го общества. Наблюдая за жизнью всех шестнадцати этажей, он мог спо'
    рить на что угодно — где мы точно обогнали и перегнали Америку, так это
    по уровню демократии.
    Уехавший в Перестройку к родственникам жены в Германию, угрю'
    мый заводчанин дядя Гена Сторчило любил вечерком захаживать к Та'
    башникову'старшему "по работе”. Отрываясь от технической документа'
    ции, взятой домой для доработки, Семён Александрович с виноватой улыб'
    кой внимал строгим разглагольствованиям соседа. Раз Женя случайно
    подслушал, как дядя Гена говорил около гаражей — инженер, кто бы спо'
    рил, мужик толковый, но терять связи с жизнью ему давать нельзя, пус'
    кай рабочего человека послушает, который вот этими вот руками... И для
    наглядности поднимал на уровень лица обе пятерни с навечно въевшими'
    ся в кожу химикатами.
    Сын дяди Гены, Санька, подсел на наркоту задолго до отъезда в фа'
    терлянд. В памяти Жени запечатлелась картина: прозрачным июльским
    утром, когда солнце блестит на покрытых росой листьях большущих оду'
    ванчиков, Санька, выходя из подъезда, мечтает вслух: "Сейчас бы раску'
    мариться и ходить диском...”. Мать Сторчилы, однажды устав бороться,
    сама поставила сына на учёт в наркодиспансер. Потом, при оформлении
    документов в Германию, сей неприглядный факт за взятку удалось скрыть.
    По долетающим из'за "бугра” вестям, со своей пламенною страстью Сань'
    ка не распрощался и там. Об этом простодушно рассказывал Сторчило'
    дед, наотрез отказавшийся ехать "к фашистам” по убеждениям. "Я воевал
    с иъмя, — кряхтел патриарх'Сторчило, произносивший звук "и” в начале
    любого слова с твёрдым знаком, — а теперь приеду: здравствуйте, встре'
    чайте...”. Кроме того, в свои почтенные годы погуливая от законной ста'
    рушки к бабушке в соседнем дворе, старый прелюбодей не был уверен, что
    на родине Гёте ему предоставят равноценный ассортимент.
    Женя не помнил точно, когда у них в районе появились наркотики. Но
    мало кто их не попробовал, а многие и втянулись. Что обидно, часто очень
    неглупые ребята. Возвращаясь морозной зимней ночью под кайфом домой,
    обнял столбик, подпирающий козырёк подъезда, добросердечный татарин
    Эльдар, да так и заснул навсегда тёплым беспечным сном. Потомок смач'
    но описанных в литературе старых московских дворников, говоривших
    Леон Костевич
    23
    со смешным акцентом, Эльдар учился на истфаке МГУ. Прочитав полное со'
    брание сочинений Ленина, вставлял к случаю цитаты основоположника. Ни'
    когда не лгал. Во дворе его любили. По мусульманским обычаям тело Эльда'
    ра завернули в цветастый старинный ковёр и отвезли на кладбище.
    От передоза умер Володька Бузлаев. Загодя зарядил шприц, завернув в
    белоснежную салфетку. Дождавшись, пока все в квартире уснут, зашёл в ван'
    ную, разложил причиндалы на стиральной машинке "Сибирь”. Даже дверь
    на шпингалет не запер. "Выхожу под утро по нужде, — плакал на похоронах
    дядя Кеша, — а он на полу лежит, холодненький, мой сыночек”.
    Женя, только раз в жизни попробовавший анашу, как ни силился, не
    мог постичь, почему Володька, окончивший школу с золотой медалью и
    подписывающий всему двору открытки своим каллиграфическим почер'
    ком, стал колоться? Почему его не остановила даже тюрьма, куда он попал
    за найденный в кармане спичечный коробок "пластилина”, и откуда по'
    том писал образцово'показательным почерком письма?
    Милиция вообще любила их район, за пределами двора регулярно
    шмоная его обитателей. Пару раз Женю вызывали свидетелем. Уклончи'
    во отвечая на вопросы следователя, он читал показания попавшихся. Без'
    грамотные опусы напоминали Священное писание, изобилуя неуклюжи'
    ми конструкциями вроде: "...и подошёл я к нему, и увидел...”, "... и сказал
    он ей: "Вот нож брата твоего...”. А один раз и вовсе наткнулся на фразу из
    протокола допроса Витьки Вичуты, давно высушившего мозги дешёвым
    портвейном: "И подумал я, что это хорошо”.
    Правда, Женю это не веселило. Посмотрев впервые "Ключ без права
    передачи”, он весь вечер прорыдал у себя в комнате. Родителям сказал,
    из'за тройки по алгебре, но это был катарсис. Его душа плакала светлыми
    слезами по тем умным детям и тонкоорганизованным учителям, что если
    и существуют где'то, то далеко'далеко от него, в иной цивилизации. Се'
    мён Александрович намеренно не искал для сына привилегий, отдав в
    обычную школу по микроучастку. Воспитанный на русской классической
    литературе, папа, к сожалению, понимал великие книги буквально. Со
    временем Женя стал замечать у себя его рассеянную улыбку. И всё чаще
    злился, что вопросов в голове становится больше, чем ответов.
    Например, он не мог сказать, почему всех дворовых мальчишек тянуло
    не вверх, а вниз? Отчего они не хотели учиться? Понятно, их отцы: послевоен'
    ное поколение, нужно было работать, кормить семью. А что мешало этим?
    Может, родители с ними миндальничали? Но много лет у Жени в ушах стоял
    ор пьяного дяди Жоры Вичкуткина: "Витька! Только вернись домой — всю
    задницу отобью!”. Взращённый в традициях человеколюбия, маленький Женя
    и представить не мог, чтобы его мягкий папа Сеня или легкоранимая мама
    Инна могли ему такое сказать. Не говоря уже о том, чтобы выпороть. Он возне'
    навидел бы дядю Жору и ему подобных ещё в детстве, но папа, поборник
    высоких идеалов равенства, учил его любить людей.
    Отстаивая свою точку зрения, отец часто напоминал: Табашниковы
    — дворянский род, все предки знали по три языка, до революции владели
    доходными домами в Петербурге. Став старше, Женя начал делать выво'
    ды самостоятельно, а с папой Сеней пошли споры. Читая своего любимого
    Чехова, юный Табашников убеждался — самые неискренние страницы у
    писателя там, где он восхваляет народ. Чехов'гуманист давил Чехова'че'
    ловека: политкорректность девятнадцатого века. И только когда Антон
    Павлович забывает о миссии писателя, народ выходит у него органично.
    Все совпадения случайны
    24
    — Со времён Чехова эти люди мало изменились к лучшему, — дока'
    зывал Женя отцу уже в начале девяностых. — И если брать последние лет
    сто, то советский период ещё не самый плохой: всех поголовно научили
    читать'писать, пытались закомплексовать сверху, заставляли равняться
    на лучшие образцы. Зато в новой России сказали: народ, — ты быдло, и не
    нужно этого стесняться!
    — А интеллигенция у нас — все сплошь Сахаровы? — вздыхал отец.
    — Я этого не говорю. Подлинная интеллигенция должна быть насто'
    яна на нескольких поколениях, а откуда такой взяться, если Сталин унич'
    тожил генофонд и наплодил образованцев.
    — Ты слишком часто употребляешь слово "интеллигенция”, — рассе'
    янно улыбался Семён Александрович.
    Сам он, мужественно перенося издержки воспитания соседей, охот'
    но давал им почитать книги из своей, собираемой с большим трудом, биб'
    Категория: Проза | Добавил: Людмила (17.05.2010)
    Просмотров: 891 | Теги: Леон Гельевич КОСТЕВИЧ | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Нас считают
    Наши комментарии
    Очень красивое стихотворение. Мы с моим учеником написали музыку к этому стихотворению и будем исполнять как песню. biggrin
    Спасибо автору! Вас обязательно укажем!

    Совершенно согласен с Вами, страданию творческих людей нет предела. Глобализация и потребл....ство перечеркнуло прошлое. Настоящих Поэтов еденицы. По большому счёту правят бал графоманы, а посему     в память о сегодняшней дате 25 августа, ДЕНЬ СМЕРТИ ВЛАДИМИРА РОМАНОВИЧА, предлагаю стихотворение замечательного Каинского (г.Куйбышев) Новосибирская область Василия Закушняка.

    ПОСЛЕСЛОВИЕ

    Земные радости познавший,
    Осенней тихою порой,
    Однажды я листвой опавшей
    Найду приют в земле сырой.
    Пришёл я в этот мир с любовью:
    Мир невозможен без любви!
    Мне будут петь у изголовья
    В загробной жизни соловьи.
    Святыми всеми заклинаю:
    Я этот мир до слёз люблю!
    Любя, простишь меня, родня.
    Любя мы встретимся в Раю.
    Творец, заслышав песню эту,
    Благословит последний путь.
    Всего- то надобно поэту
    Свеча, да ладанка на грудь.
    Когда Покров безмолвно ляжет,
    Листвой опавшей стану я.
    Пусть будет пухом мне лебяжьим.
    Святая Русская Земля.
    Всё так естественно и просто,
    Как беглый взгляд со стороны.
    Путь от рожденья до погоста,
    От крика и до тишины...

         С уважением, Сергей

    Здравствуйте, уважаемые! Прошу прощения, у видео нет звука, а очень хотелось бы послушать, о чём говорил Поэт. Не могли бы Вы перезагрузить видеоролик? С уважением, Сергей.

    Хороший стих. Но есть маленькие проблемы. Третья строка "Но слезы душат и никак" что НИКАК? не понятно... В строке "Другие руки тЕбя ждут," сбой ритма. С ув. Олег

    Хорошая песня получилась, Надежда. Вот только маленькая помарка бросается в глаза. Сбой ритма в строчке "ТвОи дни, с другою разделенные," поменяйте местами "Дни твои, с другою разделенные," и всё встанет на места. С ув. Олег

    Рад Вашему визиту.

    Спасибо Людмила. Извините за поздний отклик.

    Спасибо большое. Я очень рада! Спасибо руководителям сайта за возможность дарить стихи!!!

    Спасибо, Надежда. понравилось. Как это знакомо...

    На свете ничего не возвратить назад..Увы!..Как здорово у вас все это подмечено..Понравилось..Мое..и как у меня..(про живу..))

    Наш сайт
    Copyright Журнал "Нива" © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz