Понедельник, 11.12.2017
Памяти Владимира Гундарева
Меню сайта
Категории раздела
Проза [82]
Поэзия [107]
Документальная проза [29]
К 65-летию Великой Победы [9]
Культура. Общество. Личность [36]
Публицистика [0]
Далёкое — близкое [9]
Времён связующая нить [4]
Критика и литературоведение [22]
Искусство [24]
В семейном кругу [21]
Детская комната «Нивы» [2]
Публицистика [15]
Cатира и юмор [10]
Наследие [9]
Актуальный диалог [1]
На житейских перекрестках [12]
Приключения. Детектив. Фантастика [25]
Наш общий дом [15]
Из почты "Нивы" [9]
Философские беседы [2]
Летопись Евразии [8]
Параллели и меридианы [8]
Природа и мы [6]
Краеведение [5]
Слово прощания [1]
Горизонты духовности [6]
История без купюр [5]
Творчество посетителей сайта [55]
Здесь вы, посетители сайта, можете опубликовать свои произведения.
Стихи Владимира Гундарева [5]
Проза Владимира Гундарева [4]
Форма входа
Наш опрос
Что вы думаете о русской литературе в Казахстане?
Всего ответов: 246
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • Литературный дом Алма-Ата

  • Облако тегов
    Поиск
    Translate the page
    Главная » Статьи » Проза

    О. Шиленко. Остров грёз. Рассказ
    № 12, 2011

    И вижу берег очарованный,
    И очарованную даль...
    Александр Блок

    Ещё не зная, что это мой брат, но в одно мгнове-
    ние почуяв родство, я оценила в нём всё: рост, терно-
    вые с поволокой глаза, голос:
    На солёном грустном берегу
    Островка в восточном океане...
    Он прочитал эти знаменитые строки как пароль, остро взглянул мне
    в глаза и, поняв мою реакцию, сразу признал во мне родную душу.
    Я же с интересом рассматривала его яркую блондинистость передних
    прядей волос (родовое отличие у всех наших родичей по материнской ли-
    нии – волосы на висках и лбу ярко-белёсые, а дальше тёмные). Это теперь
    я научилась различать наше племя, но тогда, заинтригованная внешнос-
    тью и ощущением давнего знакомства, я смотрела на гостя такими глаза-
    ми, что его худенькая маленькая жена Эльза стала льнуть к нему, давая
    понять, что красавец не свободен.
    – Познакомься, твой двоюродный брат, – просто скажет мне тётка, и я
    плоско, скорее для Эльзы, пошучу:
    – Как хорошо, что живы ещё те, кто может предупредить, а то ведь
    влюбишься ненароком и не будешь знать, что в брата.
    – Не до амуров. День рождения у Эльзы, – зашептала мне тётка на ухо.
    – Помоги ему выбрать что-нибудь со вкусом. И вина хорошего... Заодно по-
    знакомитесь поближе. Только возвращайтесь скорее.
    Так мы оказались с братом наедине.
    Улочки в нашем родном городишке тихие, располагают к задушев-
    ным беседам. И день выдался ясный, промытый дождичком, один из дней,
    которые врезаются надолго в память.
    На подходе к базару нам преградила дорогу цыганка. Сухая, если не
    сказать тощая, не похожая на других цыганок. Что-то особенное, не по-
    цыгански степенное было в ней, держалась она с достоинством. В голосе
    спокойная сила, власть, даже гипноз.
    – Позолоти ручку, красивая!
    Она прищурилась и перевела свой умный, пронизывающий взгляд
    на брата. – Богатство через его любовь и коварство поимеешь. Позолоти, я
    никогда не вру.
    – Ого!
    – Всю правду скажу. Разобьёт он твоё сердце.
    – Дай ей на счастье, пусть отстанет, – испугалась я.
    – Разбогатеете оба, через кончину человека, – пряча деньги, спокойно
    продолжала цыганка. – Любовь ваша необычная будет, разлучная.
    – Как в воду смотришь, мать, только кровосмешения и криминала
    нам не хватает, – съязвил брат и засмеялся. – Во где прёт беллетристика!
    Прямо сюжет для ужастика.
    Проза
    26
    Дальше всё было так, точно нас подменили или загипнотизировали.
    Мы вернулись домой, сгорбленные под тяжестью сумок, странные, как
    оборотни, притихшие, немного сумасшедшие и какие-то возвышенные.
    Это было неземное притяжение. Магнетизм. Электрический заряд
    двух минусов, которые, скрестившись, давали плюс. Какое-то совершенно
    светлое чистое чувство.
    Мы были настолько увлечены друг другом, что в день отъезда слова
    прощания застрянут в горле.
    – Приезжай. Я подарю тебе очарованный берег, – скажет мне брат, и
    на его глаза навернутся слёзы. – Весь Тихий океан будет у твоих ног. Лосо-
    ся запечённого на решётках уважаешь? А крабы?..
    Подобные фразы будут повторяться в нашей переписке около полуто-
    ра лет: «Приезжай, я покажу тебе долину гейзеров!.. Ты знаешь, о чём пла-
    чут бакланы на Острове грёз? А солёные зюйд-весты?! О! Ты увидишь на-
    стоящую очарованную даль!..».
    Радость того, что мы обрели друг друга, постепенно входила в меня,
    клубясь непривычно-романтическими мыслями. Как всё-таки здорово, что
    ты есть у меня, БРАТ, такой блестящий и чуткий, да ещё штурман дальне-
    го плавания! Благословенны твои акватории, мир твоим фарватерам и
    причалам! Я даже посвятила ему стихи под названием «Остров грёз».
    Дыхание океана, его гул, крики чаек и йодистый запах водорослей
    уже чудились мне в минуты мечтаний. Брат в своей штурманской форме,
    такой подтянутый и щеголеватый, в белых перчатках, с соколиной негой и
    печалью в глазах, мерещился мне то на борту своего лайнера с биноклем,
    то в уютном трюме, потягивающий с нами мадеру, то презентующий мне
    экзотические кораллы и безделушки.
    А какие открытки мы присылали друг другу. Мы были так заинтри-
    гованы, что не ленились рисовать их сами. Особенно усердствовала Эль-
    за. Помню, открываешь открытку, а оттуда – хлоп тебе, прямо со сгиба вып-
    рыгивает складной кузнечик или фигуристый мотылёк с очаровательной
    женской головкой...
    Разумеется, они не меньше моего мечтали о поездке на юг. Насколько
    пленял меня зов Тихого океана, настолько манили их наши синие горы и
    ледники.
    В конце концов они оказались более лёгкими на подъём. Как-то ле-
    том я получила телеграмму с приглашением на переговоры. Звонил брат.
    – Рад тебя слышать! Ты не представляешь, как я соскучился. Ведь у
    меня кроме тебя больше никого на этом свете. Ей-богу.
    – А старики, Эльза? – засмеялась я счастливым смехом.
    – Чёрт возьми! Знаешь это какое чувство, помнить, что у тебя есть
    такая сестра?! Не было, и вдруг есть!
    – Откуда звонишь-то? – боясь, что он собьётся не на ту ноту, весело
    перебила я.
    – Из Владивостока. Через неделю будем у тебя. Примешь?
    – Ещё как!
    – Жди пятнадцатого. Никуда, ладно?
    – Да уж постараюсь.
    – Счастлив, что ты есть у меня...
    Радость и тоскливое предчувствие тихо запали мне в душу. Слишком,
    слишком уж здорово всё складывается. Даже идеально как-то.
    Пятнадцатого в ожидании гостей я кружила по городу в поисках ла-
    комств и настоящего казахстанского розового муската. Сильно подзадер-
    жавшись, я шла в томительном предвкушении нашей встречи: вот я ещё
    иду, а они уже дома. Так оно и было.
    Их встретил и радушно распахнул двери мой сынишка. Гости приня-
    ли душ, куда-то позвонили, посмотрели семейные альбомы.
    Однако, если верить устам младенца, наша парочка что-то быстро
    вдруг приуныла и заскучала, Эльзе захотелось погулять.
    Вернись я домой всего двадцатью минутами раньше, и ничего бы
    странного не произошло. Я увидела бы их: и брата, и Эльзу. Однако, побро-
    див немного с моим сыном, Эльза быстро вернулась, и не менее быстро,
    ничего толком не объяснив моему малышу, мои гости загадочно испари-
    лись, да так и не появились к моему вящему удивлению ни через час, ни
    вечером, ни ночью, ни утром – никогда.
    День за днём я ждала хотя бы весточки или звонка от моих пропав-
    ших гостей. Мучимая загадкой и беспокойством за их судьбу, без конца
    омрачаясь, я задавалась страшным вопросом – что же случилось? Нако-
    нец, о том, что они живы, я узнала из нашумевшего скандала родственни-
    ков о наследстве. Они были, может быть, единственной парой, которая
    отказалась принимать участие в дележе. Это было так симпатично. О них
    говорили с уважением.
    Что и говорить – загадочная парочка. Мне они больше не писали.
    Призрак невиданного седого океана, подышав где-то рядом, вскоре
    утих, а я всё мучилась тайной их выверта. Что не понравилось брату в
    моём доме? Семейный альбом? О да, семейный альбом, это такая откро-
    венная Книга Жизни, посмотрев которую, ты испытываешь всего два чув-
    ства, – либо умиление, либо приторную тошноту. Скажу честно, не все мои
    домочадцы фотогеничны, особенно муж – абрек и абрек. Разве может хо-
    лодный объектив поймать бессмертную душу?
    И всё же их бегство не лезло ни в какие ворота.
    Всё прояснилось к концу августа. К нам приехал Тиро. Этот розовый,
    весёлый толстяк приезжал всегда именно к тому моменту, когда в доме
    требовалась разрядка. Он всегда приезжал вовремя, и тогда в доме начи-
    нался нескончаемый праздник. Тиро заваливал стол фруктами, кальма-
    рами, коньяком и шоколадом. Он осыпал нас подарками и остротами, и
    как никто заряжал дом своим солнечным биополем.
    Если бы тогда кто-нибудь сказал, что Тиро скоро умрёт, вернее уже
    умирает от сердечной недостаточности, мы бы ни за что не поверили! Раз-
    ве умирают гении счастья?! Да ещё в такое чудесное лето...
    Всегда в делах и деньгах, Тиро наезжал к нам, чтобы немного переве-
    сти дух. Наша квартира была для него чем-то вроде тихой гавани.
    Он знал, что только тут его любят, ждут и ничего никогда не просят. И
    платил за это той же монетой. Он никогда не был нам в тягость и за это
    ему многое было позволено. Здесь он мог «подбить бабки», отоспаться,
    Остров грёз
    28
    пооткровенничать и оставить свои сумки на хранение.
    Ах, если бы мы только знали, что лежало в его едва застёгнутых, про-
    клятых сумках?! Нет, мы ничего не знали и не хотели знать. Поэтому были
    крайне удивлены, когда Тиро, открыв одну из них, ахнул.
    – Что?!!
    – Да нет, ничего, ничего! – простонал он. – Всё правильно, когда-ни-
    будь это должно было случиться. Старый, старый осёл!
    – Да в чём, собственно, дело? – вскричала я и, заглянув в сумку, увиде-
    ла толстые пачки долларов. Это было оглушительнее грома и молнии. Сумка
    была наполовину наполнена этими зловещими пачками. Другой, гораздо
    большей части, по словам Тиро, не хватало.
    Я знала, что Тиро занимался перепродажей автомобилей, знала, что
    он толстосум и вертопрах, но такое легкомыслие!.. Я не находила слов, а
    он сидел взмокший, неловкий и, виновато набычась, прятал глаза.
    – Николай Павлович, надеюсь, вы понимаете, что... – ледяным тоном
    отчеканила я.
    – Пёс его... Конечно, понимаю!
    – В таком случае...
    – Не смейте оправдываться перед болваном, – в крайнем раздраже-
    нии и бессильной злости на самого себя прохрипел он. – Если бы вы знали,
    милая, сколько лет подряд этот болван эксплуатирует вашу квартиру как
    камеру хранения. Подвергаю опасности и себя и вас, старый подлец.
    – Даже не знаю, Николай Павлович, что сказать! – вконец
    растерялась я.
    – Увы, детка... Подумать только...
    – Подумать только, вас могли убить...
    – Я уже наверняка всё знаю. У вас были гости? – задыхаясь, почти
    заискивающе, спросил он.
    Я нахмурилась, вспомнив брата, и ноги мои подогнулись: «Мой
    брат – вор?!!».
    – Вы можете не отвечать, ибо сказано в Писании «не искушай»,– сип-
    ло, почти шёпотом, не то проговорил, не то просвистел Тиро.– Кто бы ни
    был этот подлец, а он не дурак – сто тысяч! На дне сумки, увы, – мелочь. Но
    ты... сможешь раскрутить свою книгу.
    С этими словами он высыпал оставшиеся пачки на стол.
    – Это... Это... вам... в качестве компенсации за моральный ущерб, –
    вяло сказал он. – Надеюсь, вы не потеряли сейчас самого дорогого вашему
    сердцу человека, друга, брата? – он с брезгливой проницательностью взгля-
    нул мне в глаза, понял, что почти попал в точку, и всё замял. Тиро умел
    делать красивые жесты.
    Через три дня он умер в пустом купе скорого поезда, направляю-
    щегося в Бонн.
    Всё угадала вещая цыганка. Или накликала? Вообще-то я верю в про-
    грамму и гипноз пророчества.
    С тех пор я стараюсь больше не думать о штурмане дальнего плава-
    ния М.Г. Не вспоминаю и ту пронзительную радость после нашей первой
    встречи и во время переписки. Тихий океан, сурово похолодев, затянулся
    млечной дымкой отчуждения и ещё более глубокой тайны.

    1997

    Категория: Проза | Добавил: Людмила (14.01.2012)
    Просмотров: 1140 | Комментарии: 1 | Теги: Ольга Шиленко | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 1
    1  
    Ольга, спасибо Это фантастический, оригинальный сюжет. Истинно, это судьба потерять человека при таком безлюдье, переживая такое глубокое чувство. Я потрясена развязкой. Читала как завороженная Ваши строки.

    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Нас считают
    Наши комментарии
    Очень красивое стихотворение. Мы с моим учеником написали музыку к этому стихотворению и будем исполнять как песню. biggrin
    Спасибо автору! Вас обязательно укажем!

    Совершенно согласен с Вами, страданию творческих людей нет предела. Глобализация и потребл....ство перечеркнуло прошлое. Настоящих Поэтов еденицы. По большому счёту правят бал графоманы, а посему     в память о сегодняшней дате 25 августа, ДЕНЬ СМЕРТИ ВЛАДИМИРА РОМАНОВИЧА, предлагаю стихотворение замечательного Каинского (г.Куйбышев) Новосибирская область Василия Закушняка.

    ПОСЛЕСЛОВИЕ

    Земные радости познавший,
    Осенней тихою порой,
    Однажды я листвой опавшей
    Найду приют в земле сырой.
    Пришёл я в этот мир с любовью:
    Мир невозможен без любви!
    Мне будут петь у изголовья
    В загробной жизни соловьи.
    Святыми всеми заклинаю:
    Я этот мир до слёз люблю!
    Любя, простишь меня, родня.
    Любя мы встретимся в Раю.
    Творец, заслышав песню эту,
    Благословит последний путь.
    Всего- то надобно поэту
    Свеча, да ладанка на грудь.
    Когда Покров безмолвно ляжет,
    Листвой опавшей стану я.
    Пусть будет пухом мне лебяжьим.
    Святая Русская Земля.
    Всё так естественно и просто,
    Как беглый взгляд со стороны.
    Путь от рожденья до погоста,
    От крика и до тишины...

         С уважением, Сергей

    Здравствуйте, уважаемые! Прошу прощения, у видео нет звука, а очень хотелось бы послушать, о чём говорил Поэт. Не могли бы Вы перезагрузить видеоролик? С уважением, Сергей.

    Хороший стих. Но есть маленькие проблемы. Третья строка "Но слезы душат и никак" что НИКАК? не понятно... В строке "Другие руки тЕбя ждут," сбой ритма. С ув. Олег

    Хорошая песня получилась, Надежда. Вот только маленькая помарка бросается в глаза. Сбой ритма в строчке "ТвОи дни, с другою разделенные," поменяйте местами "Дни твои, с другою разделенные," и всё встанет на места. С ув. Олег

    Рад Вашему визиту.

    Спасибо Людмила. Извините за поздний отклик.

    Спасибо большое. Я очень рада! Спасибо руководителям сайта за возможность дарить стихи!!!

    Спасибо, Надежда. понравилось. Как это знакомо...

    На свете ничего не возвратить назад..Увы!..Как здорово у вас все это подмечено..Понравилось..Мое..и как у меня..(про живу..))

    Наш сайт
    Copyright Журнал "Нива" © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz