Воскресенье, 28.05.2017
Памяти Владимира Гундарева
Меню сайта
Категории раздела
Проза [82]
Поэзия [107]
Документальная проза [29]
К 65-летию Великой Победы [9]
Культура. Общество. Личность [36]
Публицистика [0]
Далёкое — близкое [9]
Времён связующая нить [4]
Критика и литературоведение [22]
Искусство [24]
В семейном кругу [21]
Детская комната «Нивы» [2]
Публицистика [15]
Cатира и юмор [10]
Наследие [9]
Актуальный диалог [1]
На житейских перекрестках [12]
Приключения. Детектив. Фантастика [25]
Наш общий дом [15]
Из почты "Нивы" [9]
Философские беседы [2]
Летопись Евразии [8]
Параллели и меридианы [8]
Природа и мы [6]
Краеведение [5]
Слово прощания [1]
Горизонты духовности [6]
История без купюр [5]
Творчество посетителей сайта [52]
Здесь вы, посетители сайта, можете опубликовать свои произведения.
Стихи Владимира Гундарева [5]
Проза Владимира Гундарева [4]
Форма входа
Наш опрос
Что вы думаете о русской литературе в Казахстане?
Всего ответов: 243
Друзья сайта

Академия сказочных наук

  • Театр.kz

  • Литературный дом Алма-Ата

  • Облако тегов
    Поиск
    Translate the page
    Главная » Статьи » В семейном кругу

    Р. Махатадзе. Новые грузинские сказки для взрослых
    № 10, 2010

    Перевод с грузинского Майи БИРЮКОВОЙ

    Реваз Юстинович МАХАТАДЗЕ
    родился в с. Варцихе Багдадского района Грузии. После окончания
    Грузинского сельхозинститута был направлен в Казахстан. Пять лет про-
    работал на Карагандинском винзаводе "Самтреста” виноделом, началь-
    ником цеха, главным виноделом. Потом продолжил трудовую деятель-
    ность на родине.
    Вторично свою судьбу он связал с Казахстаном в 1994 году и по сей день живёт и трудится в Караганде — городе своей молодости.
    В 2001 г. принял гражданство Республики Казахстан. Р. Махатадзе явля-
    ется учредителем и председателем областного общественного объединения "Грузинский общественный культурный центр "Иверия”.
    Член Союза журналистов РК. С юных лет занимается литературным твор-
    чеством. Его перу принадлежат романы "Мутная река”, "На волнах
    жизни”, "Соприкосновение духов”, "Игра крови”, "Охота на "белую воро-
    ну”, "Час расплаты”. Эти произведения всесторонне освещают жизнь
    двух народов. Естественно, и главные герои этих романов —
    грузины и казахи.
    В 2009 г. "Нива” опубликовала роман Р. Махатадзе "Охота на "белую
    ворону”, тепло встреченный читателями.

    Про Хрюшку
    1
    В одной деревне жил умелый, трудолюбивый крестьянин Петре. Дол-
    гие годы неутомимо трудился, построил хороший, крепкий дом и обихо-
    дил приусадебный участок — разбил великолепный сад и плодоносный
    виноградник. На подворье его водились только породистые быки, коровы
    и свиньи, и доход от них шёл в общую копилку семьи. Шутка ли — вырас-
    тить и воспитать пятерых детей! Детям тоже всегда находилось дело: кто
    ходил за быками и коровами — пас, косил траву, кто приглядывал за овца-
    ми. Самому младшему был поручен уход за большой свиноматкой.
    Мальчик вставал на заре, умывался студёной водой, забегал на кух-
    ню перекусить, выводил из хлева свою подопечную, гнал её по просёлкам
    на луг и привязывал там к дереву на берегу ручья. Хрюшка приникала к
    прохладной, струящейся из леса воде, долго утоляла жажду и обращала
    наконец взгляд на зеленеющую свежую траву. Хруп... хруп... хруп — раз-
    носилось по всей округе.
    Когда солнце припекало слишком сильно, свинюшка шлёпалась в
    обширную лужу неподалёку от ручья, нежилась и ворочалась в ней и, вы-
    валявшись в грязи, ложилась на брюхо, опускала рыло на передние ноги и
    в истоме зажмуривалась.
    Ввечеру мальчик, Матэ, пригонял наевшуюся до отвала свинью об-
    ратно в деревню, загонял в хлев, засыпал в корыто корм, преимуществен-
    но кукурузу. Тотчас раздавался хруст сухим зерном, а мальчик похлопы-
    вал свою питомицу по загривку, почёсывал ей спинку, и та блаженно потя-
    гивалась и похрюкивала.
    ***
    Тихое солнечное осеннее утро. Не шевелится ни единый лист на де-
    ревьях. Свинюшка пасётся на берегу речки, пощипывает травку, роет пя-
    тачком землю вокруг дерева. Ещё не погасли, ещё переливаются капли
    росы на листве и траве.
    — Здорово! — перебил хрюшкино блаженство пронзительный тон-
    кий голос. За возгласом последовало тяжёлое дыхание. Видимо, прише-
    лец нёсся сюда со всех ног.
    Свинюшка задрала, насколько позволял толстый загривок, пятачок,
    от удивления вытаращила глазки и заморгала светлыми ресницами. Пе-
    ред ней стоял некто низкорослый, чёрный, как уголь, покачивающийся
    на тонких ногах. Ничего подобного ей никогда не приходилось видеть. С
    обеих сторон пасти пришельца свисали длинные, как кинжалы, клыки.
    Над узким лбом белел густой пучок седой щетины. Одно, короткое, ухо
    было, будто навострившись, вздёрнуто кверху, а другое казалось наполо-
    вину отсечённым. Кто-то, видимо, его отъел.
    "Что за урод? Боров или кто другой?” — изумлялась хрюшка.
    — Что это ты меня так удивлённо оглядываешь? — полюбопытство-
    вал пришелец.
    — Не узнаю. Кто ты такой?
    — Я твой собрат, из такой же, как и ты, породы. Между нами одна-
    единственная разница — ты домашняя, а я дикий. Раньше, наверно, и ты
    была такая же невзрачная, как я. Люди, как я погляжу, очень тебя украси-
    ли. Ты такая чистенькая, привлекательная. Вот что значит забота.
    — Да, это так! Я об этом слышала, — прохрюкала свинюшка. — На
    участь свою не жалуюсь.
    — Но почему ты так усиленно роешь землю? Что ты в ней ищешь? —
    испытующе оглядел пришелец жирную хрюшку. — Ты что же, так
    голодна?
    — Разве я похожа на голодную?! — обиженно воскликнула свинюш-
    ка. — Ты же видишь, я еле умещаюсь в шкуре. Но все мы, из нашего
    рода-племени, не можем не рыться в земле. Потому-то наш пятачок и
    называется рылом, и рыть нас принуждает то, что называется геном.
    Нынче утром мой хозяин насыпал мне в корыто целый котелок отрубей,
    большую плошку жёлтых зёрен кукурузы, чтоб я не обломала клыки о
    твёрдую кочерыжку, — объяснила она, в глубине души подумав: "Вот
    сам ты, наверно, голодный!”. Дикарь и вправду позавидовал приволь-
    ному житью хрюшки, но виду не подал, подобрался поближе к ней, по-
    трепал узким рылом её резиновый ошейник, прошёлся взглядом по
    длинной цепи и заужасался:
    — Ой-ой-ой! Бедная ты, бедняжка! Ошейник чуть не впивается в твою
    толстую шею. Вон как натёр кожу! Да-а, разве стоит менять вольную волю
    на сытость?
    — Что ж! Такова моя участь, — спокойно отвечала ему Хрюшка.
    — Ну и ответ! Ты стала такой покорной? Но ведь когда-то и ты была
    свободной, как сейчас я. А нынче люди вовсю пользуются тобой. Иф... иф...
    иф... как вкусно... и ты с этим смирилась. Они тебя эксплуатируют!
    Хрюшка устремила на него взгляд своих разноцветных глаз, не в си-
    лах скрыть удивления от незнакомого слова "эксплуатируют”.
    — Что это значит? — спросила она с неподдельным любопытством.
    — Вот видишь, у тебя ослабла смекалка и притупился разум, —
    высокомерно воскликнул пришелец. — Это значит, что тебя использу-
    ют, как рабу. Такими ты, по указке хозяина, растишь и своих поросят. А
    он выгодно продаёт их и, выходит, за твой счёт богатеет. Твоих деток
    забивают для разных торжеств и жарят из них шашлыки. Будто ты не
    знаешь, как люди любят наше мясцо.
    — Как не знать! Знаю! Кто же будет даром ухаживать за тобой, по-
    ить-кормить, защищать, холить и лелеять, если от тебя не будет какой-
    нибудь пользы.
    — Но всему тому, что ты перечислила, я предпочитаю свободу. Если
    поставить на чаши весов твоё привольное житьё и мою вольность, то воль-
    ность перетянет. Подумай сама, разве не так?
    Они перевели дух и молча устремили взгляд друг другу в глаза, будто
    стараясь извлечь из них какую-то тайну.
    Первым вышел из оцепенения дикарь. Он снова потрепал рылом коль-
    цо на шее свиньи, и та подумала, что пришелец шутит. Но, видя, что тот не
    унимается, воскликнула:
    — Что ты делаешь?
    — Хочу сорвать с тебя это кольцо!
    — Но почему? Для чего?
    — Чтоб освободить тебя из рабства!
    — И что же будет со мной потом?
    — Как что? Пойдём со мной в лес, и живи вольно, как я!
    — Да что ты?! — возмутилась свинюшка и рылом оттолкнула от
    себя пришельца. — Проваливай отсюда! Не притворяйся, что жалеешь
    меня и заботишься обо мне! Ты, пройдоха, позавидовал моему приволь-
    ному житью!
    До них донёсся приближающийся лай собаки. Вдали показался охот-
    ник с перекинутым через плечо ружьём. Он напевал веселую песенку и
    поспешал к дубовому лесу.
    При виде этого зрелища дикий кабан от страха прямо-таки подпрыг-
    нул на месте. "Убьёт, пустит в меня пулю, если только заметит! Скорей
    бежать подальше от опасности!”.
    Бросившись к лесу, он оглянулся назад:
    — Борись, борись за свободу! Слаще неё нет ничего на свете!
    — Такой свободе, — отозвалась ему Хрюшка, — сопутствует постоян-
    ный страх и голод. Так что лучше уж жить на привязи, — и продолжила
    рыть землю вокруг себя.
    2
    — Детка, Матэ! Будь осторожен с Хрюшкой, не постёгивай её сильно,
    когда погоняешь. Видишь, как у неё отвисло брюхо. Кабы не выкинула она
    поросят прежде времени, — в очередной раз напутствовала мама своего
    сыночка, когда он выгонял свинюшку из хлева.
    Эти слова напомнили Хрюшке вчерашние призывы дикого кабанчи-
    ка, и она расчувствовалась до того, что из глаз её брызнули слёзы. Так,
    печальная, она и пустилась в путь вместе с Матэ. Её тяжёлое брюхо чуть не
    касалось земли. Мальчик вёл её не торопясь, то и дело ласково похлопы-
    вая, поглаживая и почёсывая по спинке. Первый раз цепь, на которой вёл
    её Матэ, показалась ей тяжёлой, а кольцо ошейника тесным. Ничего по-
    добного прежде она не чувствовала.
    Матэ заметил вдруг, как из глаз Хрюшки струятся слёзы.
    — Что с тобой, голубушка? Отчего ты плачешь?
    — Я слышала, как тебя утром напутствовала матушка, — грустно про-
    хрюкала свинюшка.
    — Но ведь она, — изумился мальчик, — беспокоилась о тебе, и ты
    должна радоваться этому.
    — Чему тут радоваться? Твои матушка и батюшка не обо мне забо-
    тятся, а о своих делах. Как только моим поросятам исполнится по два
    месяца, они заберут их у меня и продадут. Ты же знаешь, так они посту-
    пают каждый год.
    Мальчик не отвечал, а Хрюшка между тем продолжала:
    — Вот они построили дом, а в нём немалая моя доля. За цемент и
    другие стройматериалы они расплачивались моими детками. Многим ещё
    я им помогаю. Не стоит и перечислять.
    "В самом деле”, — согласился в душе с нею мальчик и отдался сво-
    им думам.
    Так и шли они по тропинке, печальные и молчаливые.
    Матэ рано лёг спать, но почти всю ночь не мог сомкнуть глаз, метался
    и ворочался в постели. Ему не давала покоя мысль о том, как подольше
    задержать поросят у Хрюшки, ведь ей так тяжело будет расставаться с
    ними. Из разговоров родителей он знал, что сосед уже сторговался с ними
    о ещё не родившихся поросятах и обещал дать за них хорошую цену. Через
    два месяца он собирался сыграть свадьбу сына.
    Долгие раздумья всё же принесли свои плоды: Матэ придумал вы-
    ход и с нетерпением ждал рассвета, чтобы поделиться своим планом с
    Хрюшкой.
    Он поднялся с постели ещё до зари, когда всё вокруг было окропле-
    но свежей росой. Под тонкими лучиками едва восходящего солнца ро-
    синки на траве и листьях деревьев блистали особенно ярко. Матэ вывел
    за ошейник Хрюшку из хлева, и его отец вылил ей в корыто целый котёл
    подготовленного корма.
    — Сынок! Видишь как наша Хрюшка раздалась вширь. Через недель-
    ку, наверно, народятся поросята. Будь с ней поосторожней, последи, чтоб
    никто её не обидел, — повторил он вчерашние слова матушки Матэ.
    Хрюшка оторвалась от пойла, напрягла слух, заморгала длинными
    светлыми ресницами, и глазки её опять наполнились слезами. Она устре-
    мила их на Матэ, потому что возлагала надежду лишь на то, что он вчера
    ей обещал что-нибудь придумать, чтоб задержать при ней поросят.
    Не забыл ли он это? Придумал что-то или нет?
    Они вышли за ворота скотного двора и пустились в привычный путь.
    Как всегда, их проводила лаем дворовая собака.
    Мальчик уже знал, отчего из глаз Хрюшки льются слёзы, и поспешил
    успокоить её, рассказать о задуманном.
    — Вот что я надумал, — присел он на камень и прислонил к нему кнут
    и топорик.
    Свинюшка хрюкнула, опустилась брюхом на траву, вытянула вперёд
    передние ноги, оперлась о них челюстями и навострила уши.
    Рядом с ней пристроилась собака и тоже обратилась в слух.
    — Ты помнишь, где кончается луг и начинается дубняк?
    — Как не помнить?! Ведь оттуда твой батюшка приносит мне много
    желудей! — обрадовалась свинюшка.
    — Так вот... Я устрою тебе там берложку и спрячу там. А сам вернусь
    домой и скажу, что ты сорвалась с цепи и потерялась.
    — Ой! И сколько времени я буду прятаться? — напугалась Хрюшка.
    — Пока твои поросята не вырастут и не заживут самостоятельной
    жизнью.
    — А потом?
    — Потом я будто бы долго буду тебя искать и найду. Идёт?!
    Хрюшка вспомнила, как за ней заботливо ухаживают дома. Перед
    взором её встал вчерашний тощий дикий пришелец.
    — Вроде хорошо... но... — застряли у неё в горле слова.
    — Но?.. Что но?!
    — Как я там выдержу? Погибну, наверно, с голоду?
    — С голоду, говоришь? — расхохотался мальчик. — Неужто свинюш-
    ка в лесу пропадёт? Живут ведь там дикие кабаны и не гибнут с голоду.
    Одних жёлудей там сколько! А яблок, груш! А вьющихся по земле плодов!
    — Да, ты прав! Но я боюсь не только голода, а ещё волков и шакалов.
    Ночью, знаешь, как там страшно! Я, если даже в хлеву услышу вой вышед-
    ших из леса волков или протяжный крик шакалов, так вся обмираю...
    Тут вскочила с места и бросилась к Хрюшке собака:
    — Не бойся, Хрюшка, волков, я буду ночами тебя стеречь!
    Мальчик Матэ как бы в поощрение погладил пса по голове и потрепал
    по шее.
    Все, радостные оттого, что замысел Матэ удастся, поднялись и про-
    должили свой путь.

    ***
    Вечером, на закате, Матэ по обыкновению отправился за Хрюшкой.
    Он был готов сегодня же привести задуманное в исполнение. И когда вер-
    нулся домой с запозданием и один, без Хрюшки, его батюшку с матушкой
    как молнией поразило — что могло произойти с привязанной на цепь сви-
    ньёй? Неужели её увёл какой-то злодей? Или она сама сорвалась с цепи?!
    Устроила себе где-нибудь берложку и мечет там поросят?
    Петре, даже не поужинав, перекинул через плечо ружьё, ринулся на
    поиски, обшарил весь берег ручья, перетряс все кусты. Но Хрюшку найти
    не смог и вернулся домой ни с чем.
    Мальчик Матэ, тем временем притворившись, что спит, следил за тем,
    что делала его престарелая, суеверная бабушка: она взяла щипцы, просу-
    нула в них нож, крепко обвязала своим платком, перекрестилась и забор-
    мотала:
    — Господи! Услышь мою молитву! Свяжи вот так пасти волков и шака-
    лов, чтоб они не обидели нашу Хрюшку!
    Она три раза подряд осенила себя крестным знамением и три раза
    повторила свою мольбу.
    Петре всю ночь ворочался в постели, охал, стонал, матушка Матэ его
    утешала:
    — Спи! Утро вечера мудренее, и всё будет хорошо. Ты что, забыл, как
    семь лет тому назад наша тогдашняя свиноматка опоросилась в кукуруз-
    ном поле? И явилась домой с двенадцатью детками?
    — Да услышит нас Господь Бог! Знаешь ведь, сколько дел нам надоб-
    но переделать за вырученные от поросят денежки — обновить крышу над
    винным погребом, заменить побившуюся черепицу нержавеющей жестью,
    купить нашему Матэ обещанный велосипед, он ведь так нам помогает.
    Матэ, затаясь, прислушивался к разговору родителей, и кое-что из
    их слов ему удавалось улавливать. При упоминании велосипеда его пря-
    мо-таки передёрнуло. Он представил себя несущимся на нём по шоссей-
    ной дороге и даже протёр глаза. Вот уже целый год он ждёт обещанного
    отцом. У многих его сверстников велосипед уже есть, и ему так его хочется!
    Но вдруг вспомнилось ему, как же это: оторвать деток от Хрюшки, а
    самому раскатывать на велосипеде?!
    Нет, так нельзя!
    Он этого не допустит!
    И, приняв неукоснительное решение, он вскоре уснул.

    ***
    Давеча, когда Матэ завёл Хрюшку в лес, он снял у неё с шеи кольцо и
    сказал:
    — Вот, Хрюшка! Ты свободна. Наслаждайся заботой о своих порося-
    тах! — а кольцо с прикованной к нему цепью спрятал в кустах.
    Хрюшка, оставшись одна, издала глубокий вздох. Легко ли свыкнуть-
    ся с одиночеством? Она огляделась вокруг: да-а, прекрасный уголок по-
    дыскал ей Матэ. Через густые заросли колючего кустарника даже птице
    не пролететь! Под стволом дуба мягкая подстилка из зелёных веток с ши-
    рокими листьями и из душистого сена. Стоит высунуться из берлоги, как
    видишь россыпи жёлудей. Ешь сколько хочешь, никто не помешает. Хва-
    тит до глубокой осени, был бы аппетит! У самых кустов она нашарила под
    огромными листьями тыкву и с удовольствием и интересом двинулась
    дальше. Неподалёку протекал небольшой быстрый поток, и она жадно при-
    пала к воде. По вкусу определила, что это и есть всеми хвалёная лесная
    речка. Её ведь привязывали на берегу этой речки, на зелёном лужочке в
    версте отсюда вниз по течению.
    В первую же ночь её разбудил близкий волчий вой. Она вся так и
    затряслась от страха. Что будет, если голодный волк продерётся сюда?
    Но в ответ на волчий вой раздался громкий, долгий собачий лай.
    "Это же наша собака”, — сразу узнала его Хрюшка. Обещала стеречь
    и не забыла. Молодец!
    Категория: В семейном кругу | Добавил: Людмила (03.11.2010)
    Просмотров: 688 | Теги: Реваз МАХАТАДЗЕ | Рейтинг: 0.0/0
    Всего комментариев: 0
    Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
    [ Регистрация | Вход ]
    Нас считают
    Наши комментарии
    Спасибо большое. Я очень рада! Спасибо руководителям сайта за возможность дарить стихи!!!

    Спасибо, Надежда. понравилось. Как это знакомо...

    На свете ничего не возвратить назад..Увы!..Как здорово у вас все это подмечено..Понравилось..Мое..и как у меня..(про живу..))

    Спасибо!

    Спасибо, хорошее стихотворение.

    Где-то читал, что талантов у нас пруд пруди, всех невозможно
    перечислить.
    Заблуждение, однако. 
    Поэт – явление весьма редкое, парадоксальное, противоречивое.
    За дар слова надо дорого платить – жизнью, каторгой,
    судьбой.
    Среди разрухи, убожества, предательства увидеть чистыми
    глазами ребёнка
    первозданную красоту природы, «тронуть трепетные струны
    человеческой души».
    Владимир Гундарев не успел допеть до конца свою песню о
    любви.
    Теперь будем по воспоминаниям современников, как из мозаики,
    складывать его образ.
    Читатель Егор Дитц поделился с нами сокровенным, получилась
    интригующая история.
    По крайней мере, не шаблон. Оказывается, писатели приезжали
    и выступали прямо на
    заводской площадке. Рабочие знали стихи наизусть. Интересное
    время – советское прошлое!
    Почему всё перечёркиваем и не берём самоё лучшее в нынешнюю
    жизнь?
    На всех каналах телека – реклама и еда, будто страшная
    голодуха в стране. Стихи читайте,
    господа, почаще для похудения и профилактики скудоумия.
    Талл.

    Два четверостишия показались мне достойными внимания:

    Любимый, словнобабочка, у сердца вьётся,
    Да в руки взять никак не удаётся,
    Верь, то, что можно подержать в руках,
    Уже обратно сердцем не берётся.
     ...
    Сарказм убогий
    множества мужчин,
    Как он легко под женским взглядом тает!
    Благоразумие легко его сменяет,
    Ведь для сарказма нет уже причин…

    По-моему - хорошо и изящно!


    Людмила, здравствуйте! Кажется, в 1981 году  по путёвке Союза писателей  мы с Владимиром Гундаревым проводили творческие встречи в городе Темиртау. Приходилось выступать перед самой различной аудиторией: студентами ,школьниками, учителями, инженерами, рабочими, милиционерами и сидельцами, новобранцами и ветеренами. Публика была весьма начитанной и неравнодушной. Честно отработав почти две недели кряду, мы позволили себе отметить такое событие, а потом долго гуляли по насквозь продутому ветрами проспекту Металлургов . Размышляли о смысле жизни, о писательских судьбах, о деятельности литературного объединения«Магнит». Володя был внимательным и чутким собеседником. Он угадывал ростки дарования и бережно относился к людям. Мы поражались мужеству тех, кто воздвиг Казахстанскую Магнитку.
    Когда рухнул Союз, и многие беспомощно барахтались  среди хаоса, В.Р.Гундарев сумел совершить невозможное – нащупать точку опоры и создать на пустынном  месте остров надежды – русский журнал «Нива», чтобы каждый пишущий, взобравшись то ли на пьедестал, то ли на эшафот мог сказать своё Слово. И я, после потерь, потрясений, разочарований, ухватившись за соломинку, прибилась к зелёному берегу Поэзии, где царили братство, уважение, взаимопонимание. И сам Мастер, попыхивая трубкой, в прошлой жизни то ли капитан, то ли шкипер, то ли бывалый морской волк, вернувшийся из кругосветки, бесконечно выслушивал произведения абсолютных гениев-самородков и указывал на промахи и даже ошибки в правописании. И они смиренно соглашались с ним, отбросив заносчивость, высокомерие, леность. Но где ещё могли согреть  и приютить озябшие души мытарей-поэтов?
    Невозможно свыкнуться с мыслью, что его уже нет. Чувство сиротства ощутили родные и близкие,читатели и авторы. Где-то там, с заоблачных высот, он взирает на суету сует и великодушно прощает всех нас за несусветные поэтические бредни, словно ему одному известно, для чего людям нужны стихи. Глубинная связь с народом ощущается в творчестве Николая Рубцова, Михаила Анищенко-Шелехметского, Владимира Гундарева. Недаром стихотворение «Деревня моя деревянная» стала любимой песней горожан и сельчан. Светлый, добрый талант несёт радость людям. У меня нет кумиров, я не поклоняюсь идолам, но таким поэтам надо ставить памятники на земле. Хочется верить, что появится книга памяти Владимира Романовича Гундарева. Помните, как в своём первом сборнике /1973 г./ он обратился к соплеменникам:
    Есть начало начал – основа.
    А такое простое слово
    и такое мудрое слово
    лишь присниться может во сне, -
    это чувство живёт во мне.
    Только этим прекрасным словом
    можно было назвать его
    это слово – Любовь!.. Любовь…
    В нём земля вместилось и небо,
    и степного цветка колдовство.
    Если б этого слова не было –
    я бы сам придумал его…
    Спасибо всем, кто причастен к поэтическому конкурсу «Мой родной дом»!
    Любовь Усова.

    Класс! очень понравилось! heart

    Наш сайт
    Copyright Журнал "Нива" © 2017
    Создать бесплатный сайт с uCoz